Похищенная

В разных частях города. Обездвиженных, измученных, многих на грани жизни и смерти. Всех без исключения пытали или калечили. По словам пострадавших это продолжалось по несколько дней кряду. Похитители не выдвигали требований, ничего не объясняли, даже словом не обмолвились с жертвами. Имен, естественно, никто не слышал, лиц никто не видел. Было несколько операций по освобождению, при этом много где мы столкнулись с оживающими покойниками, только не в таком количестве. Кое-кого из покойников даже удалось идентифицировать: большинство из бедных районов, в основном криминальный контингент.

Парочка была похищена из моргов, часть была убита на местах. Например, в одном из загородных особняков нам оказали сопротивление его мертвый бывший хозяин, члены семьи и прислуга.

Пытки? Внутри все похолодело. Возможно, прямо сейчас эти ублюдки режут мою жену на кусочки, а я даже предпринять ничего не могу. Надо срочно вытрясти из русского все, что ему известно.

- Как долго держали пленников? - справившись с накатившей злобой, спросил я.

- Некоторых неделю, других даже больше, - пожал плечами собеседник. - О тех, кого мы не смогли отыскать ничего не известно.

Заметив приближающегося к столику официанта с готовым заказом, он замолчал, ожидая пока тот расставит блюда на столе и удалится.

Аромат классического лукового супа с золотистыми гренками и горой швейцарского сыра, который здесь готовили невероятно вкусно, мгновенно заставил меня вспомнить о том, что и ничего толком не ел с раннего утра. Однако после всего сказанного мне просто кусок не лез.

Чего нельзя было сказать о моем собеседнике. Ротмистр набросился на кушанье с энтузиазмом голодного льва. Впрочем, не прерывая при этом беседу.

- Теперь я даже не знаю, чем все обернется, - продолжил Павлов. - У нас эта напасть не достигла таких кхм... масштабов. Обычно максимум пять-шесть вурдалаков за один раз, не более. Но тут их десятки! Даже не знаю, чего и ожидать.

- Кого, простите? - не понял я.

- Вурдалаки, - ответил ротмистр. - Так подобных созданий называют в России.

То есть это мы их так прозвали, когда столкнулись впервые. Противоестественным образом воскресшие покойники, поедающие живых людей. Чудовища из детских страшилок. Никогда не думал, что придется встретить их наяву.

На какую-то секунду русский жандарм испытал настолько сильный страх, что его отзвук долетел до меня даже через спящий сейчас талант сиятельного. Однако он быстро взял себя в руки и вернулся в состояние спокойной уверенности.