Мы однажды взлетим

Начало чуть задерживалось, так что Николь привычно оглядывала зал и ВИП-зону. Внезапно она насторожилась – взгляд зацепился за светлый деловой костюм и седые волосы. Нет, Арни же отдельно писал, да, если на то пошло, и сам Маткевич обещал «больше не побеспокоить»… Хотя, конечно, цена его слову…

- Простите, я чем-то вас напугал?

Нет, это был не Маткевич и вообще не вампир. Несмотря на полностью седые волосы, он вряд ли был намного старше Николь – может быть, лет на пять. И на Маткевича при ближайшем рассмотрении не походил ничем, кроме костюма.

Полудлинные волосы лежали элегантной волной, обрамляя лицо с резкими чертами и внимательным взглядом золотистых глаз. А из теней, почти повторяя его римский профиль, проступали очертания хищной птицы. Если Кристи звалась Леди Ястреб ради красивого образа, то внезапный сосед Николь был ястребом на самом деле.

- Все в порядке, - улыбнулась Николь. – Увидела похожий костюм и вспомнила… персонажа, с которым не хотелось бы встретиться.

- Так и знал, что стоило заехать переодеться! – засмеялся ястреб.

– Но очень не хотелось опоздать к началу. Простите, я не представился – Герман.

- Николь, - она протянула руку. Рукопожатие Германа было сильным и уверенным. Когда он только подошел, в его лице было что-то хищное, но сейчас он улыбался и был весьма обаятелен. Николь жестом предложила ему пересесть за ее столик.

- Благодарю, - Герман церемонно поклонился. – Хотите что-нибудь выпить?

- Пожалуй, виски.

Герман подозвал официанта и заказал два стакана виски и сырную тарелку – Николь о ней не упоминала, но он угадал ее предпочтения.

Они выпили за знакомство, и Николь даже стало смешно из-за своих ассоциаций. Любезность Германа была совершенно искренней, а не напускной, и вообще ей уже казалось, что они давно знакомы. Герман знал сову Юлю, которая и дала ему послушать музыку Арни. Сама Юля сейчас была в отъезде, но просила его рассказать о презентации как можно подробнее.

- Передавайте привет, - сказала Николь. – Это я ее приобщила.

- Обязательно. И… может быть, на «ты»?

Николь согласилась, но больше ничего сказать не успела – зазвучало клавишное интро «Последнего танца».

Конечно, в живом исполнении сделать такой размах, как в клипе, было нереально даже с чарами Арни, но, по большому счету, это и неважно. Снова зазвучал завораживающий речитатив «Есть упоение в бою…» - с момента съемки клипа Арни еще отточил произношение, и француза в нем трудно было заподозрить даже самой Николь.