Мы однажды взлетим

А я помогу. Не я, так наши.

Он подходит ближе и начинает говорить совсем вкрадчиво:

- Амир, ну не надоело тебе, а? Выживешь сейчас, так в другой раз добьют, что я, не знаю, как оно тут? А так и красота твоя неземная при тебе будет, и счеты сведешь. Да что счеты – кто тебя при нас тронет!

- Да пошел ты… - собрав остаток сил, Амир выплевывает вместе с кровью все известные ему русские ругательства, добавив еще пару на родном языке. Казалось бы, у вампиров цвет лица не меняется, но его непрошеный собеседник явственно зеленеет.

- Слушай, ты! Я тебя, как мог, по-хорошему уговаривал. А могу ведь силы и не тратить.

«Старший!».

Вампир делает еще шаг – и в бессильной ярости заезжает кулаком в стену. Потому что никакого Амира здесь уже нет.

«Прости, Старший, глупо умер, некрасиво. Прости, брат, и ко мне не торопись. Я подожду».

Глава 28

Николь и Вася молча стояли над телом Амира. Сейчас узнать его было можно разве что благодаря чутью оборотня, которое и привело обоих сюда – но слишком поздно.

Утреннее солнце поднялось выше, четко очертив тень – человеческую. Золотистый красавец-каракал ушел в родную степь, к Старшему Зверю, услышавшему последний отчаянный призыв. «Нельзя Старшего тревожить. Только если беда большая», - говорил Амир. И беда пришла. От потомственных оборотней Николь знала, что явление Старшего словно заставляет эфир ненадолго застыть, сохраняя отпечаток последних событий. И поэтому они с Васей сейчас видели все случившееся настолько ясно, как будто это произошло у них на глазах.

- Сссука вампирская, - процедил сквозь зубы Вася. – Амир был еще жив. Этот опять приперся… опять, поди, с обращением полез.

Он закрыл лицо руками. Казалось, широкоплечий десантник сейчас разрыдается.

- Ну что было меня не позвать, а? Я б этому… клыки-то поотшибал! Колька… я же только потом все узнал! Амир только и окликнул… попрощаться…

Его голос сорвался. Николь просто положила ему руку на плечо – говорить было нечего и незачем. «Я брата ждать буду»…

- Колька, - проговорил Вася совсем другим голосом, злым и сосредоточенным.

– Ты не хуже меня видишь, кто тут был. И ты дракон. Ты же можешь… в пепел! Чтоб духу этой сволочи не было!

- Я не убийца, - Николь ответила теми же словами, что когда-то Маткевичу, но сейчас ее голос прозвучал печально. – И даже если я решусь до него добраться, мне нужно будет взять еще чью-то жизнь.

- Так бери мою! – Вася даже схватился за нож на поясе. – Мне не жалко.