Мы однажды взлетим

Потом он взглянул Николь в глаза и посерьезнел:

- Зачем с кровососами водишься, сестра? Нехорошо.

- Я со всеми вожусь, кто ведет себя прилично, - парировала Николь. – А с Арни вообще работаю, не говоря уже о том, что он мой старый друг.

Во время ее монолога Амир все больше опускал глаза.

- Ну если свой… как знаешь, сестра, - наконец проговорил он.

- Вот именно, - со значением произнесла Николь. – Сама как-нибудь разберусь. Среди вампиров всякий народ водится, но Арни мало того, что свой, так еще и отличный музыкант.

- Не люблю рок, - совсем смутился Амир. – Громко очень. Такое люблю.

Он прикрыл глаза и напел пару строчек на родном языке. А у него, оказывается, прекрасный голос!

- Красиво, - улыбнулась Николь.

- Пришлю тебе еще, послушаешь, - оживился Амир. Но сразу же опять нахмурился: - Прости, сестра, все равно кровососов не люблю.

- Так никто любить не заставляет. В драку не лезь, и все дела.

- Не умею драться. Только, знаешь, они меня… к себе звали. Говорили, такой красивый, зачем живешь так мало.

Николь понимающе кивнула. Ну конечно, красавец Амир не мог не впечатлить какого-нибудь эстета. И спасибо еще, что не попался отмороженный, с которого станется обратить насильно. За такое обычно в вампирском сообществе свои же отрывают голову, но бывает всякое. Николь попыталась обернуть все в шутку:

- А ты и правда был бы хорош.

Темные глаза Амира сверкнули:

- Нельзя, сестра. Мне тогда степи больше не будет. Старший не простит.

Глава 11

- Я вам точно говорю, они серебро даже видеть не могут, их сразу корежит! – увлеченно рассказывает Димон.

- Тяжело в учебе должно быть, - смеется Сенька. – Серебряную медаль получать нельзя, или на тройки, или сразу золото.

- Дурак, что ли? – возражает леший Илюха, постарше остальной компании. – Закон есть: обращать только взрослых!

- А Гарик из двенадцатой школы как же? Он же потому и на домашнем, что вампир! – включается Данька.

- Гарику твоему было шестнадцать с половиной, и его чуть не убили.

- А я слышал, что оборотней тоже нельзя, - говорит Данька. – Кстати, а почему?

- А потому, - с умным видом начинает Димон, - что даже вампиры иногда мрут. И тогда все, с концами. А когда мы с Сенькой помрем, мы уйдем к Старшему Зверю. И всегда будем жить уже зверями, я волком, он медведем, и к живым приходить. По-моему, это прикольнее.