Немезида белая

Психокинетик направляет взор на рваные, неровные, вьющиеся линии, заключающие в себе, по древнейшим поверьям, поворотные моменты человеческой судьбы.

Он раскрывает свой разум — яркую жемчужину энергии — и перемещается. Его «я» больше не здесь — не в тесной каморке изнывающего от жары города. Оно бороздит совсем иные пространства — те, где время более не зажато рамками человеческого линейного восприятия. Другими словами, он отправился в будущее.

Хиромант видит девочку на крыше старого особняка в компании еще одиннадцати подростков.

Эзотерик видит, что дети пред ним — лишь пустые оболочки с зияющими глазницами, а из иного, неизведанного, но ужасающего мира, накормленный невинными подростковыми душами, к нам рвется Зверь.

Предназначение древнего ритуала, свидетелем которого стал хиромант, во все времена было одинаковым — призыв демонической сущности, способной нести лишь хаос, и морок, и власть тому, кто сумеет оседлать его ценой жизней двенадцати избранных.

Мистик вынужден приложить недюжинные усилия для возврата в собственное тело. Мириады звезд проносятся пред ментальным оком прежде, чем экстрасенс вновь осознает себя в конторке средь шумной улицы.

Разумеется, Любовь замечает оторопь, отразившуюся во всем облике эзотерика.

— Вы что-то увидели? — вопрошает она. — Что же это, скажите!

Эзотерик несколько тянет с ответом, дабы взять себя в руки после пробравшего до чертогов души зрелища.

— Вам совершенно не стоит отдавать сестру в школу «Гензель», — молвит он наконец.

— Вы считаете, это ничего не даст?

— Не распыляйте энергию ребенка, позвольте ей сосредоточиться на главном. Девочку и без всяких «гензелей» ждет блестящее будущее.

Волна искреннего облегчения пробегает по миловидному личику Любы. Она всецело верит толкованиям хироманта, о котором слышала так много похвалы из уст знакомого блогера.

Сыпля благодарностями, девушка лезет в сумочку за кошельком, но экстрасенс жестом останавливает ее: не нужно лишних трат. Герой уже получил нечто большее, чем деньги, — знание о притаившемся Зле!

В ореоле благородства он отпускает сестер с миром, но, едва входная дверь за ними закрывается, чувствует ужасное по тяжести бремя, свалившееся на него. Только что эзотерик получил сигнал о подготовке самого шокирующего из деяний — преступления против детей.