Колдун поневоле. Первые шаги

— И чем же она, позволь спросить, тебе не подходит? Чем не угодила?

— Ох, мама! Ты посмотри на меня и посмотри на нее. Это скорее я ей не подхожу. Таким «прынца» подавай на белом коне и любовь до гроба. Вот дружить с ней стал бы с удовольствием. Кстати, не знаешь, когда она вернется? Вроде говорила, что в отпуске?

— Не знаю. Как в понедельник с утра уехала, так и не появлялась больше. Ладно, Бог с ней, с Богданой, но неужели у тебя ни одной женщины на примете нет?

— Мама, я же не монах отшельник в самом-то деле.

— Мне на твоих бабочек-однодневок плевать.

Подумал, стоит ли отвечать, но раз уж у нас сегодня день откровений, решил не темнить.

— Ну-у-у. Не забегай вперед. На всю жизнь — это слишком, но если говорить на чистоту, то да, есть кое-кто на примете.

Мать сразу оживилась, на лице появилась пусть и немного вымученная, но улыбка.

— Кто эта счастливица?

— Не такая уж и счастливица. Я, знаешь ли, тот еще «подарок», да и не уверен я, что она заинтересована, — наморщил лоб, произнеся скептически.

— Стас, скажи, ты в конце концов, мужик или нет? — подбоченилась мать.

— Мужик, а что?

— Тогда какой разговор. Пришел, увидел, покорил.

— Ха-ха. Здесь не все так просто. Я даже не знаю, замужем она или нет. Да и пока не хочется никого втягивать в свою жизнь, — помрачнел мгновенно, вспомнив Алену, — Еще одной убитой девчонки я не переживу, — прошептал совсем тихо, надеясь, что мать не услышит.

Услышала.

— Что за убитая девчонка?

— Не надо мама, — попросил, с мольбой глядя на нее.

— Стас, рассказывай. Во что ты еще вляпался?

— Все в тоже. Давай не будем, мне завтра еще на похороны предстоит идти, и без того тошно, — провел ребром ладони по горлу.

К моему удивлению, мама молча кивнула, заканчивая разговор.

— Вы где так долго были? — послышался подвыпивший голос отца, едва мы вошли в дом.

— В беседке сидели, — ответил, входя на кухню и видя, как батя старается незаметно поставить бутылку под стол.

— Пьете? — прищурила глаза мама и окинула обоих мужчин задумчивым взглядом.

— Не-е-т, что ты Лена, как можно, тебе показалось.

— А-то я не вижу по вашим покрасневшим рожам.

Мать открыла навесной шкаф и повернувшись ко мне, кинула взгляд на две сиротливо стоящие стопки.

— Не-е, мне еще ехать.

Достав одну, она быстро ополоснула ее под краном и поставила на стол.

— Наливай, — произнесла, глядя на батю.

— Кхе-кхе, — закашлялся отец, — Ты серьезно?

— Серьезнее не бывает.