Час-корень

Это жизнь, понимаете? Там иногда такие сюжеты, что голливудские сценаристы нервно курят в сторонке. За примерами далеко не надо ходить. Наша страна за последние тридцать лет поменяла облик, как какой-то робот-трансформер. Идеология, экономика, даже название государства — всё стало совсем другое. Можете спросить у ваших родителей, это происходило на их глазах. Например, в девяносто третьем, когда по ТВ показывали, как танки в Москве подходят к Дому Советов и стреляют прямой наводкой.

— Ага, — подтвердил Никита, — мне батя как-то рассказывал.

И фотки я видел тоже. Дом был сначала белый, а потом стал чёрный, особенно верхние этажи.

— Да. Убитые были, раненые. При этом стороны конфликта обвиняли во всём друг друга. До сих пор идут споры, кто был тогда прав, а кто виноват. Вдумайтесь только! События, по историческим меркам, происходили совсем недавно. Есть участники, очевидцы, протоколы, видеозаписи. И всё равно существуют две диаметрально противоположные версии! То есть как бы два варианта истории, которые друг другу противоречат…

Роберт запнулся.

Голова неожиданно закружилась — возникло чувство, будто он резко развернулся на месте. Или, точнее, не он один, а всё здание школы сразу. Как если бы оно, здание, было кораблём, угодившим в водоворот, в чудовищную воронку, наполненную воем и грохотом.

Наваждение, впрочем, длилось всего секунду. Роберт поморщился и осторожно потёр висок. Из класса спросили:

— А кто тогда победил?

— В девяносто третьем? — уточнил он. — Если в двух словах, то победил Ельцин, тогдашний наш президент.

Он сохранил власть, а через несколько лет его сменил Путин. Но это мы уже переходим из истории в современность. А если взять такие события, которые случились очень давно, много веков назад? Ну вот хотя бы…

— Куликовскую битву, — подсказали из класса.

— Ладно, пусть будет Куликовская битва. Шестьсот сорок лет прошло, вычленить факты сложно. Видео тогда, как вы понимаете, никто не снимал…

— Обидно, — заметил худощавый шатен, сидевший рядом с Антоном.

— Да, — согласился Роберт, переждав смешки, — обиднее некуда.

Зато есть простор для воображения. Некоторые вообще говорят, что татаро-монгольского ига не было… Короче, я даже рад, что у нас с вами по программе — не древность и не средние века, а двадцатый век. Тут я вам смогу не только рассказывать, но и показывать. Нужен, правда, компьютер в классе…

Таня подсказала:

— Есть ещё кабинет, где другая историчка ведёт. Там у неё и комп, и проектор. Только без интернета.

— А, ну хоть так.