Час-корень

Будь он киношным сыщиком, начал бы хитро, издалека, а потом раскрутил бы её на чистосердечное признание в чём-нибудь. Но он был всего лишь скромным преподавателем, да и времени в запасе имел всего-то десять минут — до следующего урока.

— Людмила, у меня к вам очень странный вопрос.

— Заинтриговали.

— Про воду из источника на окраине. Вы обмолвились, что она кисловатая и невкусная. И что её тут вообще не любят. А я вот попробовал — вкус просто потрясающий, сладкий. И десятиклассникам она нравится. Удивляюсь — почему отзывы настолько контрастные?

Она усмехнулась:

— Сразу к делу, да, Роберт? Решили вникнуть в местный расклад?

— Стараюсь.

И судя по тому, что успел услышать, у вас к этому источнику какая-то особая антипатия.

— А с чего бы я стала им восторгаться? Вам-то легко, вы только приехали. Рассуждаете как турист. Посмотрела бы я на вас, если бы вы тут прожили все эти годы. В этой клоаке, которая вежливо называется аномалией.

— Но при чём тут вода? Не понимаю. То есть догадываюсь, что она играет некую роль, но какую именно? Можете объяснить?

— Вы же историк.

Неужели даты не можете сопоставить?

— Я проверял. Источник открылся гораздо раньше, чем появилась аномальная зона. Разница — почти год.

Математичка посмотрела ему в глаза и отчеканила:

— Не «почти год», а девять месяцев ровно. Как вам такой срок?

— Гм. Значит, вы намекаете…

— Не намекаю. Говорю прямым текстом. Открылся источник, были городские гулянья. А через девять месяцев родился первый из тех, кто потом окажется в классе у Коновалова.

И пока детёныш лежал в роддоме, в городе пропал интернет и дальше по списку.

— А если просто совпало?

— Вы сами-то в это верите?

Несколько секунд они сверлили друг друга взглядом. Затем Людмила добавила:

— Я не знаю, что там в этой воде содержится. Химия, магия — мне без разницы. Но после того как появился источник, стали рождаться дети, которые от нас отличаются. Они реально другие, вы понимаете? Живут в своём особом мирке и смотрят на нас оттуда пренебрежительно…

— В особом мирке? — переспросил он быстро.

— Вы это в буквальном смысле?

— Да хоть бы и в переносном. От этого легче, что ли? Главное, что вся эта аномалия — из-за них! Я на сто процентов уверена, хоть на куски меня режьте…

Она замолчала. Роберт спросил негромко:

— Может, нам следует изучить этот их «мирок»? Попытаться понять его?

— А может, им следует понять наш?

Роберт пожал плечами. Посмотрел на часы — до звонка осталась всего минута.