Рецидивист. Век воли не видать

Каин весело засмеялся, а затем осторожно вынул кисть из рук Ольги. Он поднес руку к губам, сложил губы «трубочкой» и с видом заправского фокусника дунул в собственный кулак:

- Пух!

Наколки исчезли, словно по мановению волшебной палочки.

Ольшанская слегка встряхнула головой, отгоняя наваждение, но руки Каина, как и ранее «девственно чисты».

- Не ожидала, что ты такой ловкач! – натужно произнесла Ольга.

- Ольга Васильевна, ты меня извини, но ты простой следователь, а не господь бог, чтобы все обо мне знать.

- Кое-что о тебе я все-таки знаю. - Ольшанская показала на лежащие перед Каином бумаги.

Каин взял папку в руки и погрузился в чтение. Ольшанская терпеливо ждала.

- Вот те номер? – даже и не удивился Каин. - А я эти бумажки после революции так искал, так искал!

- Тогда у меня для тебя еще подарочек! – Ольга положила рядом с папкой ответ из Сибири.

Каин подвинул тонкий похрустывающий лист факса к себе. Вчитался в слегка размытый и «поехавший» текст.

- Ольга Васильена, - произнес он, оторвавшись от текста, - а зачем ты мне их принесла? - Хочешь сроку накинуть за побег в.

сорок осьмом годике?

- Слушай, Зинчук, Рябов, Дубов, или как там тебя еще? Не собираюсь я тебе ничего накидывать! Я еще из ума не выжила! Но мне не дают покоя эти твои… Я ночами не сплю...

- Оля, а я, думаешь, сплю?! Я чувствовал, что сегодня что-то такое произойдет… Когда так долго живешь, все чувства обостряются… Даже те, которых, вроде бы, и нет… - В глазах Каина неожиданно блеснули слезы.

Ольшанская положила свою руку на руку Каина и заглянула ему в глаза:

- Расскажешь? Ведь ты не зря мне свои «несуществующие» татуировки мне показал?

Каин и Ольшанская долго и молча глядели друг другу в глаза.

- Ну, слушай, Ольга Васильевна... – наконец, тяжело вздохнув, произнес Каин. – Поликарп Зинчук, Прохор Дубов, Павел Рябов, Петр Зубов – все это липа.

- Ну, это я и так уже догадалась, - кивнула Ольга.

- Дата рождения в деле Лопухина – тоже туфта. Я старше чуток: 1718-го годика от Рождества Христова, ну или плюс-минус годок другой в обе стороны! Тогда из крестьян мало кто точно свою дату знал. Крестили меня Ванькой Петровым сыном, фамилии – Пеньков. Родился в Нижегородской губернии в Керженских скитах. Родители мои – староверы-раскольники...