Тень. Принятие

Его тело покрылось волдырями, которые, лопаясь, выпускали мерзкую черную жидкость.

Тело корчилось в агонии, размашистые движения, сбитые в кровь кулаки и расцарапанное горло. Он пытался достать ящерку, разрывая себе горло, но попытки тщетны. Она уже проникла внутрь, пустила свои отростки по его телу.

В один момент заключенный стих, он перестал воспринимать реальность. Его мозг умер, расплавился под моим воздействием и помощью ящерки. Тело стало простым резервуаром нейтральной маны и капли его собственной.

Увеличившаяся в пару раз ящерка выползла из его рта, стряхивая с себя кровь и внутренности. Быстрыми движениями она забралась мне на голову, и своим хвостом проткнула голову.

Это было настолько неожиданно, что я даже не успел подумать о противостоянии. Посторонняя энергия начала вливаться в организм огромным потоком. Он теснил мою, давя её количеством и даже усиленные частицы маны справлялись так себе.

— Отк-куда ст-только... Кха... — кровь ручьём потекла изо рта.

В нём не могло быть столкьо энергии.

Он уже одной ногой был в могиле, его тело не могло поглотить столько энергии.

— Кха! — итак забрызганная кровью клетка окрасилась моей кровью.

Кровью с темно-фиолетовыми песчинками. Что за дерьмо? В голове стремительно проносились воспоминания. Не мои воспоминания. Воспоминания Бейна этого мира. Раннее детство, в котором веселый на людях мальчишка корчиться от боли в своей кровати.

Как его/мой отец подходят и как его могильные руки кладутся мне на голову.

Как меркнущим взглядом его руки набухают черными венами, сквозь которые я успокаиваюсь и могу спокойно спать. Его теплый голос чуть не срывался на плачь. Повторения одного и того же слова:

— Прости-прости-прости-прости, — чуть ли не плакал мужчина, сжимая маленькую ладонь в своих.

Из последних сил я отдергиваю себя ото сна, пытаясь услышать другие, сказанные ещё тише слова:

— См...ь...пом...т...с...ть...си...ее, — отрывки слов, после которых сон захлестнул с новой силой, унося сознание дальше.

В другом воспоминании я предстал сторонним зрителем.

Ребенок, даже не отметивший своё четырёхлетие наблюдал за пауком, что поедал свою жертву, окутанную в сети. Его ледяные стеклянные глаза наблюдали за жестокостью. Нет, они видели выживание.

Хищник питается слабыми, чтобы продлить свою жизнь. Стать ещё сильнее.

И найти себе жертву покрупнее.

Когда жизнь насекомого оборвалась, сердце паренька пропустило удар.