Тень. Принятие

Глаза приобрели естественный блеск, а ребенок завертелся, осматривая окружение и не понимая, как здесь оказался. Вот его окликивает сестра, и он сломя голову несётся к ней.

Вновь, как и тогда, меня выкинуло отсюда.

Оказавшись в реальности, одежда оказалась измазана в крови, а так давно не ощущаемая одышка накатила с новой силой. Воздуха не хватало. Хотелось наполнить легкие, но лишь наполовину, потом ещё меньше. Голова начала кружиться.

Желудок вывернулся, извергая из себя недавно съеденное.

Сестра говорила, что я, скорее всего, не вспомню отца.

Оказывается, нет ничего невозможного. Ранние воспоминания, как я думал, были стёрты, но нет, скорее всего, стоял блок.

Смерть поможет стать сильнее. Только моя ли смерть, или же смерть других? Если моя, то рисковать не особо хочется, двойника в изначальном его виде у меня больше нет. А как действуют обновленные черные глаза я не проверял.

Вообще стоит проверить, но почему. Почему.

Почему я не могу впитать окружающую энергию?

Почему, как бы я ни старался поглотить нейтральную, витающую в округе ману, ничего не получается.

Она отторгает меня. Серебряные глаза были активированы.

Синяя дымка витала везде, но вокруг меня, на расстоянии протянутой руки она словно билась об невидимый барьер и улетала прочь.

Почему-почему-почему.

Попытки схватить её были тщетными. Больше часа я гонялся за дымкой, развивая невиданную до селе скорость. Но этот чертов барьер всюду следовал за мной.

Я не верю. Я не хочу верить, что стал бесполезным. Без возможности использовать ману я стал простым, обычным.

Больше нет уникального, есть ублюдок, неспособный поглотить даже крохи энергии.

Злость копилась внутри, в один момент вырываясь наружу. Не осознавая своих действий, я начал уничтожать заключенных вместе с их клетками. Я рвал, рвал, рвал.

Не мог насытиться, не мог выпустить это пустующее чувство внутри. Чувство пустого резерва. И я даже не понимал, как голыми руками разрывал на части хоть и ослабленных, но всё-таки Просветленных.

Ярость вскружила голову.

*

*

*

Я не знаю, сколько уже бью чертову стену, пытаясь успокоиться. Гнев не проходит. Укрепленная стена уже давно превратилась в разрушенные обломки. Однако я продолжал. Пока не успокоился.

Всё произошло в мгновение. Гнев пропал. Словно щелчком пальцев эту эмоцию выключили. Её никогда и не существовало.

Свежим, не затуманенным взглядом я оглядел дело рук своих. Присвистнул. Никогда не замечал за собой такой силы.

И правда, глаз сразу заметил изменившееся тело.