Лучший из худших

- Ефрейтор Санников и рекрут Ланской! – судя по суровой физиономии подпоручика, сейчас будет оглашён не менее суровый приговор. – За поведение, позорящее честь и достоинство военнослужащего нашего батальона, командованием батальона принято решения объявить вам пятнадцать суток ареста с отбыванием наказания на гарнизонной гауптвахте!

- Есть! – подавленным тоном откликнулись мы.

Судя по рассказам тех, кто там побывал – на губе творилась реальная жесть, и, наверняка Остерманы так накрутят коменданта губы, что даже тюрьма покажется нам детским садом.

Да ещё и пятнадцать суток… Мать их… целых пятнадцать суток!

- Но, в связи с проявленными вам смекалкой и взаимовыручкой в противостоянии с силами, превосходящими вас в несколько раз, от своего лица объявляю благодарность и снижение срока нахождения под арестом на пять суток. Точно такое же распоряжение поступила и от командира батальона, его высокоблагородия господина полковника Булатова. Таким образом, общий срок наказания снижается до пяти суток, - торжественно объявил подпоручик и добавил, уже более мягким тоном:

- Всё, чем смогли помочь, голубчики.

- Большое спасибо, ваше благородие, - отозвался Санников. – Мы этого никогда не забудем.

Мой голос тоже дрогнул.

- Так точно, господин подпоручик. Спасибо!

Офицер вздохнул.

- Пока переоденьтесь. Скажите каптёрщику, чтобы выдал вам что-то попроще – передайте, я приказал.

- Есть, господин поручик, - откозырял Санников.

Кажется, он даже слегка развеселился.

- Где-то через час будет машина, - продолжил взводный. - Я повезу вас и, надеюсь, забрать через пять дней с губы живыми и здоровыми. Держитесь, парни! Весь батальон будет ждать вашего возвращения.

Глава 19

Глава 19

Ну вот… не успел, называется, приехать из Череповца, как снова покатил обратно, только на сей раз не на комфортном автобусе, а на скамье грузовика – меньшего средства для нашей доставки в батальоне не нашлось.

По дороге Санников посвящал меня в некоторые детали пребывания на гауптической вахте, так что к окончанию поездки я успел проникнуться тем, что ожидало.

- Сразу предупреждаю: начальник губы – зверь. Жаловаться на него бесполезно: его специально такого назначили, - предупредил ефрейтор напоследок.

- Понятно, - вздохнул я. – Не верь, не бойся, не проси, короче.

- Так и есть, - кивнул он. – Тем более, не вздумай ныть: нытиков и плакс не любят и потому стараются проучить. Хотя… ты же у нас не такой, - прибавил Санников.