Рождение привратницы

— А вдруг им надо помочь? Или только ей? Вдруг она и Николай Сергеевич из разных… ну, из противоборствующих лагерей? А вдруг он её убьёт?

— Не убьёт. Они из одного войска. Метки на руках одинаковые.

— Какие ещё метки?

— Обычные. Ты разве их не видишь?

— Нет… — растерялась я. И почти сразу же вспомнила, что видела номер и какую-то картинку на руке Хель, когда мерила Ванечкины очки. Наверно, Халльдор имел в виду именно это. – А ты видишь, значит?

— Конечно! Как бы я иначе узнал, что она владычица путей?

Да, конечно.

Всё было совершенно логично. Все, кроме меня, здесь видели друг друга насквозь, со всеми метками, цифрами и, может, даже мыслями. И понимали с полуслова. Я же не понимала ничего. И ещё чувствовала себя… нет, даже не обиженной, а, скорее, обделённой. Чего-то не знать, не понимать, не иметь доступа к информации было ужасно. А ещё ужасней было понимание, что всё может закончиться без меня – и я вообще не узнаю, что произошло. Никогда.

Я проснусь, приду на занятия, и внезапно выяснится, что Хель снова сменила школу, Николай Сергеевич с семьёй куда-то переехал, Людмила Николаевна вышла на пенсию, Ванечка всё сдал экстерном и уехал лечиться в какой-нибудь санаторий…

Впрочем, зачем такие сложности? Мне просто сотрут память.

И я ни на секунду не усомнюсь, что в эти несколько дней всё было как всегда.

— Что-то случилось? – Викинг словно почувствовал перемену в моём настроении. Даже остановился.

— Да. То есть, ничего нового, но… Халльдор, можно просьбу?

— Всё, что будет угодно златовласой госпоже.

Кроме того, что заставит меня нарушить слово.

— Нет, я не буду просить, чтобы ты меня отпустил. Просто расскажи, что там происходит. Ты же видишь!

— Вижу. — Голос викинга прозвучал обречённо. Хотя, возможно, мне просто показалось.

— Тогда говори.

Халльдор безропотно сгрудил меня на тропинку, сам пристроился чуть позади и протянул руку вперёд, указывая на дом, почти невидимый из-за метели. Звуки до нас тоже не долетали: или ветром сносило, или великая битва за спасение мира проходила в полной тишине.

— Вот оттуда оно ползёт.

— Что?

— Тени.

— Да понятно, что не солнечные зайчики. Но я ведь правда ничего не вижу и не понимаю. Опиши, что происходит.

— Серая смерть длани свои простирает, дабы окутать собою небо, и землю, и солнце, — с места в карьер начал викинг. Кажется, слово «опиши» задело в его мозгу выключатель, отвечающий за творческое восприятие. — Людям же с ней не тягаться, ибо их коротки жизни, век им отмерен недолгий.