Ливень

Паренёк всё больше походил на своего отца – Владислава Никитникова - старосту русского квартала, который по сути превратился уже в отдельный городок, обнесённый стеной.

- Как там дела у меня дома, Миша? Рассказывай.

- Да всё хорошо. Фрау Хубер всё так же гоняет нас от ограды, но мы всё равно с Кларой общаемся.

- Как?

- Кидаем друг другу записки, а потом отвечаем на них.

- Какие страсти, - улыбнулся я, напрягая и расслабляя мышцы руки (сегодня она слушалась меня намного лучше и если бы не покалывание в области плеча…) - Я скажу фрау Хубер, чтобы вас спокойно пропускали внутрь…

- Не надо, герр инспектор, - помотал головой мальчишка отчего я заметил еле заметные веснушки на его щеках.

- Так даже интереснее мы словно в приключенческом романе. К тому же папа говорит, что посторонние на территории вашего дома сейчас это дополнительный риск.

Миша так серьёзно произнёс последние слова, что я даже не понял действительно ли он уяснил их смысл или просто повторил услышанное от взрослого.

- Что ещё?

- Ещё? Ваш товарищ, тот который смуглокожий с татуировкой ворона на руке, теперь часто появляется в саду с мушкетоном в руках, - чуть подумав добавил Миша.

– Ходит, смотрит. Обычно Клара и эти здоровенные зверюги его сопровождают.

«Значит Тимс встал на ноги», - подумал я испытав приступ радости. Отлично. Если что-то вдруг стрясётся дома его помощь и опыт уж точно будут не лишними.

- А молодую девушку, не Марту мою кухарку, а другую, ты видел?

- Это та что с таким чудесным цветом волос? – оживился мальчишка.

- Моя бабушка говорит, что она ведьма, но хорошая.

- Миша, фройляйн Кира не ведьма, она учёный, - терпеливо пояснил я хоть и понимая, что это бесполезно. Женщина-учёный в нашем мире нонсенс.

- Клара писала мне, что ваша Кира чуть не устроила пожар в доме. Что-то у неё там вспыхнуло, и чтобы загасить огонь она накинула на него ковёр со стены. Там теперь дыра… ой, наверное, этого не стоило рассказывать.

Последним словам мальчишки я не поверял, уж больно хитрую гримасу тот состроил.

- Посторонние к нам приезжали? – пальцы, сжатые в кулак, заныли из-за чего пришлось расслабить кисть.

- А как же! Дважды, - спрыгнув со стула Миша подошёл к стене и уставился на картину полуобнажённой пастушки с посохом у ручья. - Первый раз три дня назад, как раз после того как вы написали моему папе. Два инспектора - толстый и худой хотели осмотреть дом.

- И что? – узнал я в описании Гобкинса и Рафла.

- Фрау Хубер вышвырнула их прочь. Даже на порог не пустила.