Комедия масок

И все мы вместе будем танцевать под радугой, – заметила Андела. – Нашему миру вечно что-нибудь угрожает, это даже неоригинально. То пришельцы, то метеориты, зомби или глобальное потепление. Теперь вот Монохромный мир. Чем же он так опасен?

– Ну, помнишь конфликт с Ираном? Иран втайне от мирового сообщества занимался разработками ядерного оружия. Как ты думаешь, почему это вызвало такую панику?

– Никому не хотелось иметь под боком соседа с ядерными бомбами?

– Конечно. Неизвестность пугает. А теперь представь – рядом с нами находится параллельный мир, но мы о нем практически ничего не знаем.

Этот мир паразитирует на нашей реальности, вытягивая из него всю энергию. Наш мир увядает и загнивает, в то время как параллельный восстанавливается и насыщается силой…

– Значит, Монохромный мир погибает и пытается выжить за наш счет?

– Такова теория, – я пожал плечами, – у Клементинума нет никаких доказательств. В Монохромный мир не попасть без Проводника, и за все семьдесят лет существования Клементинума Проводник нам встретился впервые…

– Да, Сорренто упомянул это, – Андела поставила на землю пустую бутылку из-под пива, поднялась на ноги, прошлась вдоль разросшихся кустов сирени.

Замерла на месте, сложив руки на груди.

Я молчал.

– Ты сам решил работать на Клементинум? – спросила она.

– Нет, – я покачал головой.

– Ты ведь не этого хотел? Не думал спасать мир. Какой ты видел свою жизнь?

Андела забралась с ногами в кресло и внимательно посмотрела на меня.

– Я хотел путешествовать, представляешь, – усмехнувшись, признался я, – увидеть мир, посетить невероятные места, о которых читал в книгах.

После универа я некоторое время работал на корабле и успел побывать в двадцати странах. На Турции мои путешествия закончились.

– Почему?

– Да как тебе объяснить… Я увидел кое-что. Наш корабль стоял в порту Стамбула; а я тем временем отправился гулять по городу. Выпил немного, потерял счет времени. Голова у меня стала дурная, я бродил по улицам, утратив связь с реальностью. Я даже записал в своих заметках: «Этот город был душным и тяжелым, как дыхание дракона».

И ведь почти угадал! В общем, лабиринты улочек вновь вывели меня к Золотому рогу, и тут я начал ощущать присутствие… чего-то огромного и страшного. Я не мог это увидеть, но на меня волнами накатывал безотчетный страх. Я бродил среди людей как потерянный, ощущал идущий от пролива жар. Я побрел по мосту к Европейской части города. Я не замечал ни толп туристов, ни шума голосов, ни проносящихся мимо машин.