Комедия масок

А Нефас просто исчез, и все! – в голосе Тани звучал ужас. – Судя по приборам, переместился в Монохромный мир!

– Где появились новые зоны? – я метнулся к компьютеру, чтобы проверить показания.

– Ялта, окраины Симферополя, район в горах, – доложила Татьяна, – сейчас туда выезжаем, судя по всему, есть жертвы. Сорренто с группой оперативников будет обследовать бастион.

Ялта. Вот черт. Там жили мои родители.

– Я в Ялту, – коротко сказал я.

Потом отошел в сторону и позвонил маме. Руки дрожали. Прошло несколько бесконечно-длинных секунд, прежде чем мне ответили.

– Ваня, что случилось? – спросила она.

– Мам, у вас все нормально? – выпалил я. – Оставайтесь дома, я скоро буду. По работе.

– У нас на кухне какие-то трещины на стенах, – пожаловалась мама, – появились пару минут назад. Землетрясение что ли было? Не пойму. У тебя странный голос. Позвать папу?

– Просто скажи ему, что я скоро буду, ладно?

– Да, ладно… Как-то ты внезапно решил нагрянуть, – мама усмехнулась в трубку.

– Хорошо. Пока, мам.

– До встречи, Вань.

Она отключилась; я с облегчением вздохнул и сунул телефон в карман. К вискам прилила кровь, и я чувствовал себя просто ужасно. Не успел я опомниться, как позвонил Александр Сорренто.

– Иван, – сразу перешел к делу шеф, – я получил разрешение на запуск программы «Монохром». Завтра вечером вылетаете с мисс Мареш в Москву, оттуда – в Эдинбург. Ты сейчас нужен в Шотландском отделении. Им понадобится ваша с Анделой помощь.

– Они сами не могут завербовать Эридана и Флауэрса, серьезно?! – огрызнулся я. – Я никуда не поеду, пока не буду уверен, что мои родители в безопасности!

– Они уже никогда не будут в безопасности, – отрезал Сорренто, – Нефас исчез, ты понимаешь, какие будут последствия?

– Если честно, то я не понимаю, – со злостью ответил я, – и почему это так важно?

– Маркин, это приказ, – отчетливо произнес Сорренто, – вы отправитесь в Шотландию и будете ждать моих дальнейших указаний.

Я едва не швырнул телефон в стену – огромных трудов стоило удержаться. Ненавижу. Он не дает мне права выбора; а я не могу поступить иначе.

– Похоже, Сорренто считает, что я уже работаю на вас, – заметила Андела, – он не оставляет людям выбора, да?

– Как-то так. Ты можешь отказаться, Андела. Серьезно. Я не собираюсь заставлять тебя лезть в эту хрень. Твой муж прав: у тебя есть жизнь. Учеба, работа, увлечения. Ты совершенно не обязана идти на поводу у Сорренто.