Вопреки судьбе

Ещё несколько – часов? Минут? Ещё немного времени, и Азирафаэлю действительно будет всё равно, пытают его или лечат.

…Но причинить ему боль всё ещё можно. Кроули медленно, прерывисто вздохнул, пытаясь справиться с рвущей крыло агонией. Пытаясь хотя бы не дёргаться в своих каменных оковах, дать ране хоть немного поджить… И, сам чувствуя, какой жуткой выходит ломающая губы улыбка, с ненавистью прошипел:

– Попробуй только прикоссснуться к нему, сссволочь! Ты ошшшибссся один раз, и сейчассс ошибаешшшься. Один шшшаг к нему, и мы оба трупы, ясссно тебе?

Азирафаэль слабо вскрикнул.

Понял, о чём речь? Или просто испугался такого исхода? Кроули было сейчас всё равно. Боль туманила сознание, мешала связно размышлять. Не глушила злость – только делала её более страшной, бездумной. Он оскалил зубы, смеясь одновременно от ненависти и дробящей кости мучительной агонии, и поймал себя на беспечной мысли, что, и впрямь, почти готов сделать это. Азирафаэлю осталось… Немного ему осталось, в общем. А если он убьёт Хастура, то у Азирафаэля будет демонический меч. И им, на крайний случай, вполне можно…

Он запнулся на этой мысли. И, содрогнувшись, опомнился, выныривая из алого омута бешенства и запоздало понимая, что чуть было не натворил. Грудь тупо заныла, почти наяву ощущая боль от разлетающихся святых осколков. Кроули почувствовал, как к горлу подкатывает дурнота. Нет, сейчас он этого точно делать не будет.

…Тем более что Хастур, застыв, таращился на него со злобой и страхом, и даже сидящая в его седых волосах жаба, кажется, стала более блёклой.

- Т-ты блеф…фуешь, - запинаясь, неуверенно пробормотал он, непонимающе шаря глазами по его одежде в поисках неведомого ему оружия.

Кроули зло усмехнулся, чувствуя, как ноют порванные губы.

- Ты повторяешшшься, приятель… Проверь, хочешшшь? Азирафаэль, не бойссся, будет… больно, но быссстро.

«Нет, для Азирафаэля не быстро», - мысленно поправился он. Если только он не сможет одновременно материализовать свой (ну ладно, не свой, трофейный) меч так, чтобы тот… Ч-чёрт, нет-нет-нет, только бы это не понадобилось!

- Успокойся, ты, психопат! – перепуганно взвыл герцог Ада, в панике шарахаясь ещё на шаг в сторону.

– Я тебя не боюсь! Заткнись и лежи молча, тебя будут судить, может, пощадят, если будешь вести себя правильно.

- Меня не пощщщадят, даже есссли я приползу к Вельзевул на коленях, - прошипел он в ответ, с трудом сдерживаясь, чтобы не заскулить от боли. Он всё ещё не видел выхода.