Затишье перед бурей

Тебе больше не нужно пытаться это скрывать, ведь для Ада ты теперь и так персона нон-грата. Да, ты был вынужден совершать ужасные дела, но даже тогда я видел, что в тебе есть и доброта, и сострадание к несчастным. Мне очень жаль, что я так долго не желал этого признавать. Я… Кроули, прости меня, я, наверное, просто боялся. Я же ангел, я не имею права оправдывать зло… Но в тебе его всегда было намного меньше, чем в любом из людей. И… - Азирафаэль глубоко вздохнул, словно решаясь на что-то. И, слегка побледнев, решительно договорил.

– И намного больше добра, чем во многих из моих бывших коллег, дорогой мой.

Кроули молчал, потрясённо глядя на своего вечного друга-соперника. И ему казалось, что он сошёл с ума. Или оглох. Потому что того, что он услышал сейчас, просто не могло быть.

- Ангел, что ты несёшь?.. – потерянно пробормотал он, как только ощутил, что дар речи возвращается к нему.

Азирафаэль упрямо сжал губы.

- Кроули, ты не виноват в том, что случилось с Мадлен. В смысле… - он смешался.

– Я имею в виду, ты, конечно, подтолкнул её к Аду, но сделал это не по своей воле. Тем более сейчас, когда она свободна, тебе больше не нужно корить себя!

Кроули с трудом сдержал желание помотать головой. Ощущение, что он бредит, уходить не спешило. Но внутри уже растекалось блаженное тепло: Азирафаэль не считает его злом. Не возненавидит за то, что случилось по его вине с душой Мадлен, не отказывается общаться с ним…

Одного этого было достаточно, чтобы опьянеть.

- Я обрёк её на Ад, ангел, - хрипло возразил он, хотя больше всего сейчас хотелось обратного: вцепиться в ангела, в его слова, убедить себя, что всё хорошо, что можно хоть на время забыть обо всём неприятном…

Азирафаэль помолчал.

Кроули задержал дыхание, с волнением глядя на друга. Он понимал намного лучше самого ангела: раскаяние ничего не меняло. Он не перестал быть демоном, непрощаемым, лишь от того, что пожалел одну из своих жертв. Люди говорят, что даже крокодилы плачут, когда убивают антилопу. Вряд ли это правда: Кроули сомневался, что у рептилий вообще есть слёзные железы. Но вот боль за тех, кто попал в Ад по его вине или просто из-за собственных поступков, он испытывал нередко. И ничего, абсолютно ничего это не меняло.

Ни-че-го. Он демон и всегда им останется.

Азирафаэль, наконец, решил что-то для себя.

- Я знаю, Кроули, - печально проговорил он, и Кроули вздрогнул, не сразу осознав, что ангел отвечает на его слова, а не на мечущиеся в его голове мысли.