Затишье перед бурей

- Если Внизу только узнают, что я убил Лахаэля!.. Да меня растворят! Сгноят на Девятом Круге! - противореча сам себе, надрывался Нахум.

Сьюзан, всхлипнув последний раз и судорожно прикусив губу, чтобы не начать рыдать по новой, трясущейся рукой вытерла глаза. Подняла голову на замолчавшему – судя по всему, лишь для того, чтобы набрать воздуха для очередной порции жалоб и возмущений – демону.

И вдруг, вспомнив пустые глаза склонившейся над ней твари, затряслась в ознобе, лишь сейчас, кажется, окончательно осознав, от какого конца спас её Нахум.

- У меня! Была! такая непыльная должность, а теперь из-за вас всех я…

Всхлипнув, Сьюзан толчком отодвинулась от дивана. Чуть не промахнувшись, ухватила испуганно осёкшегося демона за руку. И с трудом, едва не свалившись и не утянув его за собой, поднялась на ноги.

Перевела дыхание, чувствуя, как кружится от резкого движения - а может, от всё ещё не отпустившего страха - голова.

Нахум опасливо смотрел на неё, недоумённо хлопая глазами. Сейчас снова - человеческими, ничем не напоминающие жуткие потусторонние буркала, что смотрели на неё совсем недавно.

...Задохнулась на первом же звуке поспешно замолчала, чувствуя, что вместо слов из горла рвётся истерический крик.

Вспомнила как-то разом, кадром диафильма: склоняющаяся над ней фигура, равнодушные пустые дыры глаз на гротескном лице, плящущее в трясущихся руках Нахума водяное ружьё…

Дурнота накатила волной: кажется, лишь сейчас она окончательно поняла, что было бы с ней, если бы не Нахум.

Поднявшегося в душе порыва она даже не успела до конца осознать. Просто сдавленно всхлипнула, всё ещё не в силах успокоиться. И ухватившись за воротник косящегося на неё с опасением демона, бездумно поцеловала его. Прямо в приоткрывшиеся в изумлении губы.

И лишь потом поняла, что только что сделала.

Руки разжались сами собой; растерянно пробормотав «твою мать…», она дёрнулась назад – и, споткнувшись о край дивана, рухнула на сиденье.

И замерла, глядя на так и застывшего на место демона.

Нахум таращился на неё, как… как…

Он на неё таращился. Глаза от потрясения стали почти круглыми, а на лице застыло абсолютное, искреннее выражение недоумения.

Сьюзан истерически хихикнула. Ну ни хрена себе, вот так у неё ещё ни один роман не начинался.

Ощущала она себя сейчас очень глупо. Зато сожалений, в кои-то веки, не было.