Затишье перед бурей

Сссатана, он вообще не был готов! Почему всё должно быть именно так?! Он же просто хотел, чтобы их оставили в покое…

Прошло немало времени, прежде чем он смог заставить себя вновь шевельнуться, поднять голову, вспомнить о том, что рядом с ним спит по его милости усыплённый Азирафаэль… Качественно, к слову, усыплённый, теперь простым тычком в бок и не разбудишь. Идиот. Ничему его жизнь не учит…

Впрочем…

В этом был и плюс. Кроули в дрожь бросало при одной мысли о том, что придётся заставить Азирафаэля вновь проявить искалеченные крылья.

Он помнил, в каком состоянии нашёл ангела. Внизу он сделал всё, что мог – тогда. Остановил кровь, снял боль… И всё. Вряд ли сможет сделать больше даже сейчас. Вернуть ангелу отрубленные крылья никому, кроме Неё, не под силу. Может быть, разве что архангелы…

Ага, выстроились в очередь и ждут, когда можно будет возвращать. Скорее уж Она снизойдёт до демонов, чем Гавриил станет помогать отрёкшемуся от Небес собрату…

Но что-то придумать ему придётся. То, что он сделал – не полноценное исцеление: суррогат, слабая подделка.

С таким же успехом он мог замотать ангелу обрубки человеческими бинтами. Толку почти столько же. И сейчас он должен попытаться сделать что-нибудь ещё.

…Хотя бы – заменить «повязки» на открытых ранах.

Если уж больше ничего сделать для друга он не в состоянии…

Кроули осторожно выпрямил согнутые в коленях ноги Азирафаэля и мягко подтолкнул его в спину, заставляя лечь на живот. Азирафаэль не проснулся, но, к его облегчению, и сопротивляться не стал.

Возможно, вообще не ощущал, что происходит сейчас с его телом. Это было бы неплохо – Кроули сомневался, что ему удастся обойтись совсем без боли.

Помедлив, он опустил ладонь между лопаток ангела и бережно провёл по спине, нащупывая пальцами эфирные уплотнения в тех местах, где начинаются невидимые сейчас крылья.

- Потерпи, ангел, - негромко попросил он, с жалостью глядя на мирно спящего Азирафаэля. – Я осторожно. Постараюсь…

Крылья можно высвободить в плотный мир и против воли носителя.

Наверняка Внизу так и случилось. Вряд ли это было приятно… Хотя ничего болезненного в самом по себе действе нет– правда, и приятного тоже мало. Кроули нахмурился, пытаясь вспомнить, как это делается. Кажется, вот так…

Азирафаэль крупно вздрогнул и, не открывая глаз, слабо застонал. Крылья развернулись резко, буквально прошив собой пространство… то, что осталось от крыльев.

Кроули прикусил губу – сильно, так, что солоно стало во рту.