Затишье перед бурей

- Я… Я уже не знаю, во что я верю, Уильям… - почти без звука пробормотал он, и пастор увидел, как пухлые пальцы почти судорожным жестом стиснули край тумбочки, так, что побелела кожа на напрягшихся суставах.

В груди что-то болезненно дёрнулось. Уильям тяжело прикрыл глаза, но перед глазами всё равно стоял погружённый в сумерки склеп, неподвижное безжизненное тело на полу, переполненные отчаянием янтарные глаза рыжеволосого демона… Тусклый золотой свет, струящийся от трясущихся худых рук в неподвижную грудь мёртвого ангела…

«Прости его, Господи», - мысленно попросил он с неожиданной горечью, не пробуя даже сформулировать безмолвную молитву во что-то, более подобающее случаю.

А потом, глубоко вздохнув, через силу улыбнулся и, стараясь не обращать внимания на тупо ноющую грудь, негромко откликнулся:

- Это бывает, Азирафаэль. Ты справишься. Главное, помни, что вы сумели выбраться из Ада. Живые.

Он помолчал и веско закончил:

- Оба.

Азирафаэль наконец шевельнулся. Поднял голову, непонимающе покосился на него через плечо.

- О, Боже…

Пастор почувствовал, как губы почти против воли растягиваются в усмешке.

- Уверен, что именно Он, - не удержавшись, он добавил в свой голос немного иронии, и с облегчением увидел, как дрожащие губы Азирафаэля тронула слабая ответная улыбка. – Ну, или же вам удивительно повезло, что я не задержался с вызовом ещё на минуту-две…

Азирафаэль приоткрыл было рот. Беспомощно поморгал. Сомкнул губы и, сглотнув, одарил его бледной, благодарной улыбкой.

А Уильям, отпустив его плечо, отступил на шаг. И, чувствуя, как щекотные крылья надежды на лучшее борются с тяжело ворочающеся внутри тревогой, кивнул ангелу на чашки с безнадёжно остывшим чаем.

- Ты ведь не против будешь рассказать мне подробнее о ваших… - он поколебался, - приключениях? Разумеется, после чая.

Азирафаэль вздохнул. И, глядя на то, как уже не выглядящий таким убитым ангел усаживается на стул, пастор отчётливо понял: на этот раз расскажет.

И он, торопливо сделав большой глоток, потянулся за своей записной книжкой.

- Итак, если я правильно помню, тебя заточили на…

***

- Милая моя, отправляйтесь спать, я постелила вам в своей комнате.

Сьюзан, сморгнув, подняла голову к мадам Трейси, участливо склонившейся над ней. Кажется, она и впрямь ухитрилась заснуть. Не помешало даже присутствие заключённого в круге из церковных свечей, но всё равно вызывающего нервную дрожь демона.