Затишье перед бурей

Особенно с собаками.

- Эй! – возмущённо вытаращилась на неё девчонка. Она шагнула было вперёд – но миг спустя глаза её расширились: исцарапанный пластиковый диск в руках княгини Ада вдруг вспыхнул алым пламенем и, зашипев, начал медленно оплавляться. Дурным голосом взвыла рыжая шавка, не решаясь бросить маленькую хозяйку, но и кинуться на пугающую её до смерти демонессу не смея.

- Я ззззабираю это, - процедила Вельзевул, глядя прямо в глаза оцепеневшей девочке. Та, не отрывая взгляда от флайбера, попятилась… А потом, опомнившись, развернулась и бросилась прочь.

За ней, заходясь испуганным визгом, понеслась вскочившая на ноги собака. Спустя несколько секунд в окрестостях беседки не осталось никого, кроме двух потусторонних существ и кружащихся вокруг Вельзевул мух.

- Дорогуша, это недопустимо, Рай не одобряет таких методов, - холодно бросил Гавриил, глядя вслед девочке. Лёгкое сочувствие в его глазах боролось с облегчением от исчезнувшей помехи.

- Ззззаткнись, - огрызнулась Вельзевул. Повинуясь её взгляду, огонь опал.

Но флайбер это уже спасти не могло: корпус покорёжился и местами оплавился от жара, жёлтая краска слезла с него, часть текста стекла вниз вместе с оплывшим пластиком. Демонесса покосилась на архангела, и губы её искривила холодная, мрачная усмешка. – Итак, мы договорились. Кроули мой… И Азззирафаэль, если вы не поззззаботитесь вовремя ззззабрать его Наверх, тожжже. Ты жжже не будешь утвержжждать, что эта глупая игрушка – зззнак, являющий Её во…

Она вдруг замолчала, остановившимся взглядом уставившись на флайбер в своей руке.

Глаза её, прежде почти по-китайски узкие, потрясённо расширялись, а на испятнанном язвами лице медленно проступало что-то, подозрительно напоминающее благоговейный ужас.

- Нет, разумеется, эта странная… круглая… вещь не может быть проявлением Её воли, - с нетерпением откликнулся Гавриил, не дождавшись продолжения. – Но я настаиваю, чтобы мы подождали ещё, возможно, Она… На что ты смотришь?

Он нетерпеливо шагнул вперёд и, потянувшись, вынул из безвольно разжавшихся пальцев Вельзевул оплавленный флайбер.

Бросил на него взгляд… И застыл, приоткрыв рот.

На оплавленном бело-жёлтом пластике темнело несколько оборванных слов – всё, что осталось от фанатского признания в любви к персонажу, которого ни один из потусторонних собеседников даже не знал: «believe in …HER… … will».

Глава 11

Азирафаэль крутил в пальцах осколок чашки. Пальцы его, словно лаская, бережно скользили по гладкому фарфору, ощупывали острый скол.