Последний круг Ада

И с чего он взял, что хотя бы от Азирафаэля отцепятся? Вытянувшееся лицо ангела подсказало Кроули, что он не далёк в своих предположениях от истины. Но кто мог…

И тут же он понял, кто.

- Гавриил! – вскинулся он, чувствуя, как от ненависти скручивает всё внутри. – Этот говнюк! Он угрожал тебе?

- Нет!

Кроули замер. Слишком поспешный ответ, чтобы быть правдой. Слишком испуганный.

- Ангел, шшшто? – севшим голосом выдохнул он, предчувствуя, что сказанное ему не понравится.

Но Азирафаэль, вместо того чтобы отвечать, почти в панике замахал перед собой руками:

- Нет, нет, с чего ты взял? Никто не… Я имею в виду, мне никто не угрожал, я просто подумал, что будет лучше, если никто не будет знать, где мы…

Кроули окинул его взглядом.

Невероятно. Как можно быть таким наивным?! Да ему невооружённым глазом видно, что Азирафаэль солгал!

…Вот только о чём он солгал… О чём – и почему?

Кроули помолчал. Не то, чтобы ему не было что ответить. Просто все его шесть чувств (даже семь, если считать демоническое чутьё на потенциальный грех за отдельное) – все они, включая интуицию и чувство грядущих неприятностей, буквально вопили, что происходит что-то очень нехорошее.

Что-то опасное. Азирафаэль – ангел, но это ещё не значит, что он не способен лицемерить. Он солгал об Антихристе полгода назад, когда они разговаривали по телефону о продвигающихся поисках. И глупо было не понять этого в первый же момент. Он бы и понял, если бы не хотел вслушиваться в его интонацию и допускать хотя бы мысль о том, что Азирафаэль может лгать – ему.

Лгать, пользуясь самым безотказным приёмом: апеллируя к их дружбе.

Внутри вдруг дёрнулась, провернулась невидимая раскалённая игла. Горло, самой природой созданное для проталкивания предметов в разы больше собственной головы, вдруг перехватило так, словно он решил проглотить свою Бентли. Подавившись при этом, разумеется.

«Ну, разумеется, он мне не друг! Он же демон! Мне просто ужасно жалко его…»

Очень просто апеллировать к чьей-то дружбе, если сам испытываешь к этому кому-то лишь жалость.

Очевидная ложь Азирафаэля вдруг показалась неважной мелочью.

И Кроули вдруг остро пожалел, что так рано вышел из своей спячки. Что вообще вышел из неё.

- Да, ты прав, ангел… - безжизненно откликнулся он, отводя взгляд от заметно нервничающего Азирафаэля.

- Нет, Кроули, я в том смысле, что щит Адама позволит нам… - он осёкся, похоже, не сразу осознав ответ. – Что? Так ты не против?

Он не был против.