Травник

— Эх и погуляю я в столице! — сидя за соседним столиком в компании четырех мужиков, воскликнул молодой парень с окладистой бородой поднимая наполненную до краев рюмку водки.

— Сеня, ты уже третий день гуляешь, сразу как с прииска в кузов грузовика загрузились! — рассмеялся один из его собутыльников.

— И че? Имею право! Два с половиной года ничего не видел, кроме потолка в бараке! Даже баб и то привозили раз в месяц и к ним под бочок чтобы лечь сперва выпить требовалось не менее пол-литра!

— Поэтому-то и холостые выстрелы делал! — хмыкнул другой его коллега и предложил: — Тост! За то чтобы не случалось осечек!

Мужики гуляют, уже и девиц к себе на колени усадили, явно про скорый отход поезда не вспоминают.

Из их разговора понял, что собираются бухать всю дорогу до столицы. Там они гульнут в шикарных кабаках, снимут элитных телок, посорят деньгами и вернутся обратно. Желают жить красиво, пусть и пару недель в несколько лет. Ну, каждому свое, и кто я такой, чтобы их осуждать.

Когда в ресторане началась разгораться ссора между моими соседями и другой похожей компанией, то я поспешил ретироваться.

Оно мне надо в их разборки встревать? А драка обязательно будет, работяги вспыльчивые и независимые.

Почти одиннадцать вечера, ветер поднялся, начинается дождь, а я решился все же уехать отсюда. Пришлось потолкаться в билетных кассах, на удивление народа оказалось много, а уставшая кассирша только уточнила:

— До Москвы?

— Да, — подтвердил я.

— Сто восемьдесят рублей, — зевнула та и не глядя взяла из стопки картонный прямоугольник, шариковой ручкой написала город прибытия, подышала на штемпель и поставила оттиск.

— Вот, пожалуйста, — протянул я сложенные купюры. — А с какого перрона отправление и во сколько?

— Седьмой путь, через сорок минут, и каждые восемь часов, не проворонь, а то поди на радости на грудь примешь, — пересчитала та деньги и крикнула: — Следующий! — а потом хмуро на меня взглянула: — Чего ты тут толкучку создаешь? Иди уже!

И я еще переживал, что меня могут выследить? Наивный! Да тут при всем желании никого не найти! Народ снует туда-сюда, кто-то с чемоданами, другие подшофе.

Нет, все как бы неплохо, если не считать, что вагоны народ собирается брать штурмом. Ну, так показалось. Я ошибся, на перроне оказался своего рода установленный порядок, которому все следуют. Проводница пропускает внутрь по билету, оторвав от него половину и вернув оставшуюся часть счастливчику.