Паук на снегу.

Он еще не видел лица девушки, но знал уже, что оно прекрасно. Давно знал, всегда. Это было то самое знание, что приходит свыше.

Предавшись всецело внезапному приступу счастья, он не заметил, откуда взялся этот тип. Даже не успел разглядеть его толком.

Прервалось плавное кружение времени, момент рассыпался и растаял, словно звон хрустального колокольчика, был – и нет его, ни колокольчика, ни звона. А время, запнувшись раз, дернулось и понеслось с сумасшедшей ледяной горы вниз в железном тазу, подскакивая и переворачиваясь в воздухе.

Кровь запульсировала и прилила, ударила в лицо. Его зрение перешло в формат стоп-кадра, снимка, и тогда он стал воспринимать действительность дискретно, отдельными пикселями, словно рецептор ЭВМ закодированную в двоичном коде информацию.

Вот чужак уселся рядом с той, кем он восхищался.

Навалился сбоку. Полез с какими-то словами.

Она отстранилась – тот снова придвинулся.

Разглядывает ее в упор. Наглость!

Девушка оглянулась. Растерянно? Испуганно? К кому обратиться за помощью? Скользнула торопливо взглядом по лицу Люкса – и в глазах ее он даже не отразился.

Люкс застонал от обиды и унижения.

Парень нагнулся к девушке близко и, тяжело дыша ей в ухо, что-то сказал. Спросил?

– Что такое?! – она вскинулась нервно.

– Спрашиваю, который час?

Да как он смеет так обращаться с ней!

– У вас у самого, вон, часы на руке.

– А может, я сверить желаю, наши часы. А? Может, мне приятно, чтобы ты сказала, сколько времени? Разве не понятно? А?

– Оставьте меня!

– Тю-тю-тю! Мы что это, грубить? Даже не думай.

И вообще, хорошая моя, слушай, что я тебе скажу. Слушай сюда. Короче, сейчас мы вместе выходим из трамвая. Тихо. Вот прямо на следующей остановке. Это понятно? И ты не спрашиваешь никаких вопросов. Это тоже понятно? И перестань дрожать, ничего страшного с тобой не случится. Обещаю.

И он цыкнул зубом.

– Так сколько у нас с тобой времени-то? – он бесцеремонно взял ее руку и потянул к себе.

– Пусти! Ну, пусти же! – девушка попыталась вырваться, но хватка у парня была железной, он держал ее руку, словно синицу.

Она попробовала оттолкнуть его от себя, но тщетно, он навалился на нее всей массой и был незыблем, точно глиняный оползень.

«Ну, хватит!» – обозначил меру своему терпению Люкс. Он подошел к молодцу и щедрой ладонью шлепнул его по затылку.

– Ну-ка, пошли со мной, – сказал спокойно, словно всю жизнь только то и делал, что усмирял хулиганье.

Парень от неожиданности клюнул головой, но быстро выправился. Оглянулся.