Тригинта. Меч Токугавы

    Хотя дул довольно прохладный ветерок, были на нем только закатанные до колен штаны. Наконец-то удалось рассмотреть этого горе-оборотня. Как и ожидалось, никаких следов ран. Зажило, блин, как на собаке.

    Телосложения не сказать, чтобы могучего, но крепкий и жилистый. Волосы угольно-черные, с седыми висками. Глаза…

    У меня снова закружилась голова, пришлось присесть на травку. Похлопала по карманам: где-то оставались сигареты.

- Это ищешь? - парень протягивал пачку и мою же зажигалку.

- Нехорошо по чужим карманам шарить!

- Я не шарил. Вывалились, когда я тебя по лесу тащил, подальше от трупов.

- О. Спасибо тогда. - чтобы скрыть смущение, я закурила. Горький дым прочистил легкие, в голове прояснилось. Теперь водички бы…

    Странный оборотень. Как он завалил трех Носферрату? Стая матерых вервольфов, например, могла загнать одного-двух, но и то - не без потерь, а он был один. 

    Выпуская дым, я рассматривала нового знакомого.

- Да кто ты, Ктулху тебя заешь, такой? - наконец не выдержала я. 

- Я, Ктулху меня заешь, Особого, его Королевского Величества Оберона полка, фиан! - и он гордо выпятил грудь.

- Страсти какие! Если б я еще понимала, что ты несешь… - но тут меня осенило: - Ты сидхе, да?

Парень картинно поклонился.

- Какая молниеносная сообразительность!

Я нахмурилась.

- Погоди. Если ты сидхе, то не можешь быть оборотнем.

- Одно другому не мешает, уж поверь.

- И что ты делаешь ночью в лесу и волчьей шкуре?

Парень смутился.

- Да так, мимо пробегаю.

- Ну ладно. - я встала. На этот раз всё получилось, только пошатывало легонько. - Бывай, фиан его величества. - и я сделала несколько шагов по направлению к железной дороге. Я надеюсь, что по направлению…

- И куда ты пойдешь, горе луковое? - спросил так, будто я младенец несмышленый.

Приняв независимый вид, я ответила:

- Я так понимаю, мы квиты. Ты помог мне, я - тебе. Пора и честь знать.

Повернулась, и пошла.

- Ну-ну…

Стоял, и усмехался мне вслед, пока не скрылась за деревьями.

    Солнце миновало зенит и теперь лениво скатывалось к горизонту: оно свое дело сделало. А я… я заблудилась. Такого со мной еще никогда не случалось.

    Как-то Никодим возил меня в Альпы.