Тригинта. Меч Токугавы

 

Вито не шевелился, хотя кровь, пропитав воротник, уже капала на ковер. Гвидо, находящийся ближе всех, сглотнул. Будто камень упал на дно железной бочки. Видимо, давно не питался - иначе не допустил бы такой бестактности в присутствии старших.

- Встань. Мне просто хотелось, чтобы ты проявил уважение, сын. - в голосе  Лучано зазвучали теплые, бархатные нотки. - Ты должен понять: мы не можем вести дела так же, как в старые времена. Нужно держать двери открытыми. Пусть видят, что мы - такие же, как они. Помогаем детям.

Поддерживаем культуру. Ценим искусство.

- Да, отец. - Вито поднялся, и, не обращая внимания на рану, отошел к бару. Плеснул в бокал багровой, тягучей жидкости из серебряного термоса, сделал большой глоток. Кадык Гвидо вновь судорожно дернулся. 

- А что скажет мой консильери? - наконец-то меня соизволили заметить. Сделав шаг вперед, я осторожно сказал:

- Безусловно, необходимо узнать, кто это был. - дон поощрительно кивнул. - Отыскать, и… - я бросил короткий взгляд на Вито - допросить.

Узнать, как вор проник в замок, есть ли возможность повторной атаки. Но не убивать. Не сразу.

    Тяжелый бокал грохнул о палисандровый столик. Вито опять не смог удержаться от проявления эмоций.

    Я игнорировал его промах, сосредоточив внимание на Лучано. Дон хитро сверкнул глазами: он явно что-то задумал и поинтересовался моим мнением, только чтобы подразнить сына.

- Поступим так… - он говорил, как всегда, негромко. - Витторио, поручаю тебе найти этого вора. - тот принял приказ, как должное, и, победно вскинув подбородок, направился к выходу.

- Подожди! - дон чуть повысил голос. - Ты найдешь вора и сделаешь ему предложение. - одно мгновение казалось, что Вито вновь решил испытать терпение отца…

- Какое предложение? - спросил он.

- Работать на нас. У Семьи много врагов: нам нужны искусные люди, способные действовать втайне.

    Вито с каменным лицом поклонился, жестко прижав руки к бокам. Я позволил себе выдохнуть, процессионе тоже немного расслабились - гроза миновала.

- А теперь… - дон Лучано поправил черную орхидею в петлице и стряхнул невидимую пылинку с рукава белоснежного фрака, - я хочу выразить восхищение прекрасной Констанце, пока она не решила, что наша семья - сборище невоспитанных невежд.

Я тоже поднялся, но дон меня остановил:

- Консильери! Задержись на два слова.

Спина Вито на мгновение окаменела: очередной знак недоверия со стороны отца! Но он справился с собой и вышел, не оглядываясь.