Проект "Чудь". Доверие

Мяч летит в кольцо, в которое так и не проваливается. Словно невидимая рука останавливает его, меняя траекторию так, что он вылетает за пределы металлического круга даже не успев коснуться щита или самого кольца.

Мир привычно меняет свой цвет на серый, стоит только сморгнуть. На этот раз даже настраиваться и сосредотачиваться не надо.

Чёткими контурами: чёрными мазками по белому холсту вырисовывается гротескная маленькая фигурка. В реальном мире её не видно, хотя Лука и слышал отзвук чужого удовольствия.

Теперь ему, по крайней мере, понятно, почему тот звучал так тихо и глухо.

Носатый, тощий, так что голова кажется гораздо больше тела, с ручками палочками, большими ладонями и щёткой немытых волос на макушке. Он споро перебирается с переливающегося яркими блёстками, словно обсыпанного какой-то волшебной пыльцой из сказок, кольца на щит, почти полностью исчезая за ним, прежде чем снова появиться, но уже с другой стороны.

Новый смешок и взгляд вниз.

Лука следует за ним как привязанный, останавливаясь взглядом на чётко очерченной, контрастно чёрно-белой фигуре Макара вскинувшей мерцающий едва ли не всеми цветами радуги вперемешку мяч.

Вот тот яркой точкой взмывает вверх, однако существо в этот раз даже не дёргается, выглядывая из-за щита с гаденькой улыбочкой. Тихо хихикает, так что от этого звука неприятно сосёт под ложечкой, и бьёт задними лапами, ногами эти звероподобные стопы можно назвать с натяжкой, по деревянному блоку. Тихий хруст царапает по нервам, словно ногтями по стеклу провели, а потом щит накреняется, прежде чем окончательно сорваться с крепления и полететь вниз, оставляя существо висеть на металлической балке.

Дыхание перехватывает от понимания — не успеет. Однако этого и не требуется: мимо уже проносится зелёно-голубой вихрь, обдавая кожу тёплым воздухом.

Лука даже отшатывается от такого напора, а когда смаргивает, то теряется ещё больше. В ворохе искр разгораются ещё и серебристо-белые. Смешиваются, словно кто-то сыпанул блестящего конфетти в поток воздуха.

Переливаются. Там где была чёткая фигура, теперь сияет маленькая спиральная галактика.

От толчка в плечо Лука вздрагивает, возвращаясь в реальность. В груди щекочет, оседая в горле лёгким першением. На креплении в этой цветовой реальности никто не висит, а щит валяется на полу: никому не нужный и почти затоптанный.

Кто-то снова толкается, пробираясь вперёд, к плотному кольцу, что уже образовалось вокруг места происшествия.