Проект "Чудь". Доверие

Алиса, похоже, так и не простила учительнице необходимость предстоящей прививки и то, что её проигнорировали, тоже радости не добавило.

— Серова.

Макар переводит взгляд с поднявшей взгляд от журнала Маргариты Семёновны на неторопливо поправляющую юбку Алису.

— От громкости твоего возмущения у меня на руках бумаги с отказом твоего дяди не появится, так что успокойся и перестань бояться прививки. Она каждый год случается.

Макар видит, как лёгкий румянец окрашивает щёки одноклассницы и отворачивается. Ему не особо интересно чего там больше: смущения, стыда или злости.

Да и взглядов чужих вокруг и без него достаточно, ни к чему ещё один.

Девчонок, спешно сбежавших по лестнице, он более-менее нагоняет только в ведущем к медкабинету коридоре, да и то лишь потому, что Полина притормаживает, пропуская Алису вперёд, и зачем-то ждёт. А потом тайна становится явью, стоит лишь Титовой придвинуться к нему чуть ближе, чтобы шёпотом поинтересоваться:

— Чего это она? Действительно, что ли прививок боится?

Макар лишь пожимает плечами.

Кто знает, что там у Серовой случилось. Может бумагу потеряла, может действительно боится уколов, а может вообще какие-то третьи, совсем левые проблемы. Он не особо с одноклассниками общается и лезет. Не так много знакомых лиц осталось с прошлого года, хотя и собирали из всей параллели, когда делали класс профильным. Теперь получается, что все разбрелись по кучкам, кто кого знал и с кем общался, а кто не хочет, получает роль одиночки. Против последнего, Макар, впрочем, ничего не имеет. Ему вполне хватает и брата с его другом, чтобы жизнь скучной не казалась.

Титова снова придвигается, видимо хочет задать ещё один вопрос или просто что-то сказать, но не успевает. Убежавшая далеко вперёд Серова оборачивается, сложив руки на груди, и недовольно щурится, поджидая их. А дождавшись, выпаливает, видимо услышав все предназначавшиеся лишь Макару шёпотки:

— Потому что мне от этой прививки ни холодно, ни жарко. Лучше бы на кого другого ресурсы потратили, я всё равно не заболею.

Я никогда не болею.

Макар смотрит на одноклассницу с новым интересом, но вслух так ничего и не произносит. Любопытная Титова вылезает вперёд:

— Правда, никогда не болеешь? А как же прошлой зимой? Ты на больничном была! Или прогуливала? — обличительно тыкает Полина коротким, покрытым ядовито-розовым лаком, ноготком в сторону Алисы, отчего та недовольно морщится.

— Была... На гвоздь по дурости встала, ногу пропорола. Сидела забинтованная, как немощь.

— А...

— Я.