Проект "Чудь". Доверие

Макар тоже быстро следует его примеру и только тогда Лука тихо выдыхает. Однако, видимо, недостаточно тихо, потому как Фёдор Иннокентьевич тут же реагирует:

— Ты чего?

— Ничего. Пойду тоже внутрь. Погреюсь.

Разговаривать о собственном поведении не хочется, так же как и обсуждать всё ещё туго завязанный узел внутри. Тот, который тянет, не давая отвлечься и держа в напряжении, словно сидишь на бочке с порохом и вертишь в руках зажжённую спичку.

— Вы хотели поговорить?

Захлопнув за собой дверцу и убедившись, что окно с водительской стороны закрыто, уточняет Лука.

Замирает, встречая две пары настороженных глаз. Ему снова кажется, будто в глазах старшего мелькаю жёлтые всполохи, но стоит сморгнуть, как наваждение пропадает. На мгновение хочется глянуть на них другим зрением, посмотреть, что изменилось с прошлого раза, но что-то внутри останавливает от этого шага. Словно шепчет: «Не сейчас» и Лука подчиняется.

— Из-за чего нас выбрали?

— Из-за того что у вас подходящий потенциал?

— И что в нём кроётся?

— Понятия не имею, — в очередной раз виляя, но при этом вполне честно, отзывается Лука, вгоняя их обоих в ступор.

Только ответить что-то иное тоже не может. Слишком глупо будет звучать: «Я просто увидел ваше сияние». Да и не уверен Лука что хочет, чтобы они знали о его участии в их судьбе. Не сейчас так точно.

Макар уже открывает рот, чтобы ещё что-то спросить, но тут же его захлопывает. Лука даже вопросительно вскидывает брови, но ответ приходит с другой стороны.

Дверь в салон распахивается, являя взгляду Фёдора Иннокентьевича и Алису. Та жмурится, поправляя растрепанный ветром хвост и, лишь получив приглашение, забирается внутрь.

Лука же спешит перебраться на переднее сидение, оставляя будущую команду в салоне. Отвечать на какие-либо вопросы при Фёдоре Иннокентьевиче, он не собирается.

* * *

Вся дорога проходит в напряжённом молчании. Лука чувствует затылком чужие взгляды, но не оборачивается и даже не заглядывает в зеркало заднего вида.

Вместо этого упрямо смотрит на проносящиеся за окном пейзажи. На то, как привычно сменяются многоэтажные дома частными домиками, как пролетает мимо ещё один рукав дороги, вновь сменяясь разномастными заборами и домами.

Фёдор Иннокентьевич, не иначе как по привычке, пытался завести разговор в самом начале, но не вышло. На его вопросы отвечали односложно и с явной неохотой.

— Куда мы едем? — нарушает устоявшуюся тишину Алиса.