Мир в хорошие руки

Я умиротворяюще зачмокал, вытянув губы трубочкой, и сделал несколько мелких шажков в сторону Вамдама. Тот ощерил желтые зубы в наглой ухмылке, поднял жилистый хвост и… опорожнил кишечник прямо мне под ноги.

– Ах ты… опердыш яблочный! – задохнулся я. 

Одним прыжком перескочил дымящуюся кучу, плюхнулся животом в седло… И тут же рыбкой скользнул дальше. Оказалось, квадрупеги могут вставать на дыбы не хуже земных лошадей. Хохот Динеша перекрыл звон в ушах. 

– У-дак! У-дак! – высказал свое мнение обо мне Вамдам, хотя его никто не спрашивал.

 

В душу начало закрадываться подозрение, что всю эту развлекуху Машурин брат устроил нарочно. Я точно помнил, что вчера квадрупеги слушались его беспрекословно, причем без всяких песен. Поднялся с земли злой, как черт. Ладно. Хотят они музыки, я дам им музыку. В конце концов, пора уже культурно развивать этот мир. 

Я огляделся в поисках подходящего инструмента. Походный котелок, который Динеш еще не успел приторочить к прочей поклаже, высунул из травы свой закопченный бок.

Подхватив связанными руками толстую сухую ветку, я обрушил свои эмоции на днище ни в чем не повинной посудины. Конечно, это была не ударная установка, но гул по полянке пошел еще тот. Динеш схватился за рукоять сабли, квадрупеги насторожили уши, а я включил голос на всю мощь легких:

– Ich bin der Reiter

Du bist das Ross

Ich steige auf

Wir reiten los

В горло мне словно ежа запустили – сказывалась проведенная на голой земле ночь. Зато хрипатый утробный рык а-ля «Рамштайн» мне сегодня очень удался.

– Du stohnst

Ich sag dir vor

Ein Elefant im Nadelohr

Rein raus.

Я завершил свое выступление, послав котелок по траве наподобие хоккейной шайбы. Жалобно брякнув, он остановился, запнувшись о сапоги Динеша, взиравшего на исполнителя круглыми глазами, чуть приоткрыв рот. Меня, однако, гораздо больше интересовала реакция четвероногих слушателей. К моему огромному изумлению, Вамдам, нежно пофыркивая, приблизился ко мне и доверчиво положил длинную морду на плечо.

Щеку чуть холодила роговая пластина, прикрывавшая ноздри животного, шею щекотало горячее дыхание. Хорошо все-таки, что квадрупеги не понимают немецкого. 

Бросив на Динеша торжествующий взгляд, я поднялся на ноги и легко взошел в стремя. Выпрямился в седле, крепко ухватившись за высокую луку. Все предвещало, что путешествовать головой кверху, а задом книзу будет гораздо приятнее. Вот только мой спутник не двигался с места.