Охотничья луна

Не обращай внимания на волосы. Их и перекрасить можно. И на слэнг не смотри, это память тела, без нее я бы моментально спалилась, а так я все же похоже на эту девочку. И читать умею. И география знаю на уровне седьмого класса.

- И как тебя теперь зовут? - спросил алхимик грустно, но уже покорно.

- Алиса. Но ты можешь звать меня, как прежде.

Северин бережно взял руку девочки в свою и стал рассматривать.

- И все же жаль. У тебя были такие длинные пальцы и тонкие запястья.

- Не переживай об этом, Сверин, - Роман наконец вышел из своего убежища.- Насколько я читал о подобных вещах, это дело времени. Тело потихоньку начнет меняться. Не быстро, но она вернется в свой прежний облик. Ну, или почти вернется. А учитывая, какой юной она стала, окружающие спишут это на возрастные перемены.

Сидящая на полу пара в первые мгновения смотрела на него удивленно и растеряно, но потом мужчина и девочка как по команде улыбнулись.

- Ой, мне повезло! - радостно воскликнула Алиса.

- Я пришла посоветоваться, а две головы всегда лучше. Здравствуй, Роман.

- Здравствуй, Кайса! - Роман протянул девочке руку, она вскочила на ноги и обняла его.

***

Она появилась у него в квартире вскоре после его приезда в город. Одним из унылых северных вечеров, туманных и холодных, она просто возникла в кресле у окна, молчаливая и прекрасная.

Роман играл сонату Карла Фридриха Абеля. Виолу да гамба он купил довольно давно, во время одной из своих поездок в Англию.

И любовь с редким инструментом продолжалась до сих пор. Интимность звучания виолы, предназначенной исключительно для сольного исполнения, негромкая утонченность стала в свое время причиной ее упадка и забвения.

Он играл большей частью для себя, хотя изредка и находились любители, просящие дать камерный концерт для узкого круга. Но вот слушательница возникла внезапно и без приглашения в его собственной квартире.

Роман на мгновение напрягся, но со стороны это едва ли было заметно, старый сатанист все же обладал крепкими нервами. А в следующий момент расслабился: контуры тела посетительницы слегка светились и дрожали, она была призраком и в ее внезапном появлении не было ничего странного. Он знал, что бесплотные фантомы не несут реальной угрозы для живых, если только те не испытывают перед ними ужаса.