Охотничья луна

Опасность могла представлять только внешность женщины, та была на редкость хороша собой: высокая и тонкая, с густыми волосами цвета светлого меда и через-чур вытянутым лицом, на грани красоты и уродства, но именно эта грань делала его по настоящему незабываемым. Роман знал, что такие женщины могут быть по настоящему смертоносны. Но и тут он не боялся, потому что в своей жизни уже встречал красоту более пагубную и неотразимую.

Пожилой мужчина продолжал играть, как ни в чем ни бывало, а женщина сидела слегка склонив голову и внимала изысканным звукам.

А через какое-то время просто растворилась в воздухе.

С тех пор она стала частенько заглядывать к Роману. Он не протестовал, потому что знал самую большую муку призраков — неспособность получать удовольствия. Им были заказаны и вкусная еда и мягкая постель, и купание в теплом море. Мягкие ткани не ласкали больше их тела, а губы не стремились к поцелуям. И только зрение и слух приносили бывшим людям прежние радости, отчего многие призраки становились отчаянными любителями искусства.

Его же самого присутствие бесплотной гостьи ничуть не угнетало, и даже наоборот, красивая и утонченная женщина, задумчиво внимающая нежным звукам, делало его вечернее музицирование более эстетичным и изящным.

Любопытство Романа тоже не страдало — он знал, кто перед ним. Женщину звали Кайса, и она была самым старым призраком города.

В довершение к редкой красоте, Кайса обладала хорошим характером — не старалась бросится в глаза людям, а потому среди рядовых горожан была неизвестна, а уж тем более никогда не оказывалась в центре городских легенд и страшных историй.

Но с теми, для кого общение с призраками не было чем-то жутким и запредельным, шла на контакт охотно и, несмотря на свой почтенный возраст, собеседницей была приятной и легкой.

Умерла Кайса лет четыреста назад, еще в то время, когда Выборг был шведским. Ее утопила толпа разъяренных крестьян с фанатичным священником во главе — проверяли, не ведьма ли она.

Ведьмой то Кайса была, но слабосильной и безобидной, общалась с местечковыми духами, собирала травки и гадала незамужним девушкам. Она даже и жила за чертой города, тихо и уединенно, но после смерти почему-то стала тяготеть к узким и мрачным городским улочкам. Те, с кем она общалась здесь, были большей частью куда как сильнее ее и знали намного больше. И все же, Кайса заняла значительное место в городской мифологии, и Роман подозревал, что по праву.