Холод и жар

Его головной убор был необычным, особенно в сочетании с мантией – кожаный шлем, как у водителей автомобилей или лётчиков. Завершали портрет круглые очки странной конструкции, которые волшебник поднял на лоб. В руках он держал блокнот и перо.

– Итак, здравствуйте, – сказал Амброзиус Мундт, – как вас зовут?

– Я Арабелла Тереза Эмма Левски! – ответила Арабелла, которая была первой в строю.

– Неужели та самая… – благоговейно произнёс Мундт, – так… Арабелла… Тереза… – он заскрипел пером по бумаге.

Королева-колдунья из минувшей эпохи приняла скучающий вид, демонстративно изучая горы вдали.

– Что вы умеете… Ваше Величество? – взволнованно спросил Мундт.

– Не называйте меня так – я давно не королева, – произнесла Арабелла.

– Продемонстрируйте свою силу, – повторил Амброзиус.

Левски протянула царственную длань в чёрной перчатке в сторону, противоположную крепости, и сосредоточилась. В ладони чародейки появился синеватый сгусток волшебной энергии, ослепительно сверкая под голубым небом. Затем Арабелла выпустила магический шар, и он полетел вдаль по пустому лугу.

– О! Это фантастика! – восхищался Мундт, записывая что-то в блокнот, – я даже боюсь спросить, что вы ещё умеете…

– И правильно, – жёстко ответила Арабелла.

– Вы приняты на службу, – твёрдо сказал Амброзиус, – следующий!

Левски отошла от Мундта, уступая остальным, и направилась к Эрнсту и Изабелле.

– И нам нужно через это пройти? – Брат не мог сдержать волнение.

– Не переживайте – в этом нет ничего сложного, – успокоила его Арабелла, – это же не драться на Арене Страха.

– Имя, фамилия? – требовательно спросил Мундт у Молнии.

– Молния, – пожала плечами рыжеволосая волшебница в изумрудном платье.

– Так и записать для протокола? – поинтересовался Амброзиус.

– Можете, – ответила Молния.

– Ладно… – добродушно выдохнул маг, – а фамилия?

– Пишите тоже «Молния».

Амброзиус удивлённо посмотрел на волшебницу, но его рука всё равно заскрипела пером по бумаге. Эрнст и Изабелла знали, что Молния жила двойной жизнью – с одной стороны, она была женой и матерью, а, с другой – колдуньей из общества Невидимых.

И они понимали, что она не хотела афишировать своё паспортное имя, даже находясь за много километров от Последней Надежды среди существ, которые вряд ли когда-нибудь придут в её город. В конце концов, и у самих близнецов было по два имени.

– А какой у вас дар, госпожа Молния? – с некоторым любопытством спросил Мундт.

– Я умею метать молнии, – усмехнулась чародейка.

– Неужели? Продемонстрируйте.