Свет надежды

Души там не было! Кто-то или что-то выдернуло ее из тела, оставляя ему лишь инстинкты плоти. Тело будет жить, если его будут кормить, но осознанно действовать уже не станет. Поэтому пострадавших перевезут в больницу. Пока не найдем души, в этих телах нужно поддерживать жизнь.

– Их? – поднял брови Томас.

– Тиссена и его помощника. Его тоже доставили в морг, ближе к утру.

– Вот это да, – удивленно покачал головой Томас. – Никогда с таким не сталкивался.

– Я тоже, – кивнул Михаэль и вернулся к пакетам.

Достал булку, отломил кусочек и положил на подоконник. Ухмыльнулся: – Лакримоза, хватит прятаться, я знаю, ты здесь. Негодница.

Под тумбой разделочного стола раздался шорох, а после донесся странный звук, отдаленно напоминающий стон.

Лина, до того слушавшая Михаэля раскрыв рот, опомнилась и поспешно отложила нож. Присела и заглянула под стол. Там, в темноте и пыли, явственно белело что-то живое. Ойкнув, девушка сунула под стол руку и осторожно вытащила на свет вяло шевелящуюся крысу.

– Ой, мэтр, это ваша? Это вот она – Лакримоза, да? – Лина восторженно пискнула и, прижав крысу к груди, поднялась. Тронула пальцем мягкую белую шерстку между розовыми ушами: – Какая хорошенькая. Только, кажется, она заболела.

Крыса икнула. Обвела красными глазками всю компанию. Непонятно, каким образом, но глазки эти умудрялись выглядеть осоловевшими.

– По-моему, она просто обожралась, – сурово припечатал Томас: – Вот они, инстинкты плоти, до чего доводят.

Хорошо, что големам пища не требуется.

– Злой вы, мастер. – Лина осторожно погладила Лакримозу по округлившемуся пузику и восторженно сунула ее под нос жениху: – Ты только посмотри, какая прелесть!

Флориан, кажется, не сразу понял, что она имеет в виду, но потом осторожно кивнул. И тут же, подозрительно дернув носом, с опаской сделал шаг назад:

– Дорогая, не тряси ее... Мэтр, ваша крыса, кажется, пьяна. От нее вином пахнет!

Михаэль нахмурился и огляделся. Ругнулся сквозь зубы и склонился над напольным шкафчиком с приоткрытой дверцей.

Вытащил початую бутылку из красного стекла. Следом на пол закапала темно-бордовая жидкость, и кухня тут же наполнилась ярким, сладким и одновременно горьковатым запахом.

– Редкое, рубиновое... – простонал Михаэль. Выпрямился с уликой в руке: – Лакримоза, как ты могла…

Крыса в ответ что-то невнятно пискнула и дернула передней лапкой. Лина тихо вздохнула:

– Бедная девочка...