Свет надежды

Где там ваша жена? Пойдемте, покажу комнаты.

– Невеста! – обернувшись от раковины артефактор сурово нахмурился. – И чтоб поженились как можно скорее!

– Непременно. Папенька. – Флориан изысканно поклонился, а Томас раздраженно фыркнул.

Тем временем Лина наконец отмыла несчастную крыску найденным тут же, в моечной, бруском мыла. И мыло это было просто удивительным: приятного кремового цвета и гладкое на ощупь. А еще источало до того дивный аромат, что Лина поначалу даже решила, что, может, это и не мыло вовсе, а какая-нибудь изысканная парфюмерия.

Ну и, конечно, не выдержала. Вытерла Лакримозу, покосилась на дверь, за которой скрылся мастер Томас, и для надежности придвинула к ней плетеную корзину с грязным бельем. Включила воду в ванной, быстро скинула одежду и полезла купаться.

Мыло оказалось всё же мылом. Пышно пенилось, хорошо убирало грязь с кожи и мягко отмывало волосы. И пахло все так же одуряюще. Наверное, именно от этого запаха бедная крыска слегка ошалела и, стоя столбиком в раковине, пялилась на Лину, не моргая.

А, может, еще просто не пришла в себя после опьянения. Лина вздохнула, пожалев несчастное животное, и снова увлеченно отдалась помывке. Тем более, что и воду в доме сыщика, оказывается, можно было прикрутить до нужной температуры. Жаль, что долго поиграться с необычной моечной не вышло, ведь на кухне ее ждали готовка и проголодавшиеся мужчины. Поэтому она вскоре вылезла из ванной, поспешно вытерлась мягким полотенцем и, одевшись, забрала из раковины странно тихую крысу.

Выйдя в коридор, Лина собиралась вернуться в кухню, но, пройдя буквально несколько шагов, обнаружила приоткрытую дверь, из-за которой неслись знакомые голоса. Лина тут же сунула в комнату любопытный нос и чуть не расчихалась от облака пыли, повисшего в воздухе. Фло и мэтр Михаэль как раз снимали большое полотно ткани с чего-то огромного, белого и очень-очень элегантного.

– Ой, а что это? – удивленно спросила Лина, переступая порог.

– Немного на клавесин похоже...

Мэтр Михаэль поднял крышку и провел рукой по клавишам, вызвав переливчатую волну звуков.

– Это рояль, – пояснил он. – Прежний хозяин больше всего опасался, когда этот инструмент начинал играть.

– Красивый, – не очень поняв, отчего все так боялись рояля, Лина подошла и провела ладонью по гладкому корпусу: – Эх, жалко, я играть не умею.

Лакримоза тем временем решительно выпросталась из полотенца.