Алая аура протопарторга

— заинтригованно протянул Президент и на всякий случай оглянулся. Его собственные вышколенные страшки сидели, как положено, за гардиной, но можно было поспорить, что вид у них сейчас тоже слегка озадаченный. Нелегальный переход границы? Чепуха какая-то! Беженцем больше, беженцем меньше... Что за событие?

— Кто? — отрывисто спросил Президент.

— Пока не знаем. Перехватить не удалось...

— Погоди... Что тебя, собственно, беспокоит?

— По воде перешёл, — несколько сдавленно пояснил Лютый.

Глеб Портнягин моргнул.

— Это в смысле... аки посуху?

Генерал Лютый угрюмо кивнул. Два прозрачных генерала за его спиной сделали то же самое.

— Когда?

— Полтора часа назад.

— Оч-чень интересно... — Президент нахмурился и подался поближе к столу. — Ну-ка, давай подробнее!

— Около двадцати пятнадцати по баклужинскому времени, — начал генерал, — на принадлежащем Лыцку берегу был разведён необычно большой костёр. Браконьеры таких не разводят — слишком приметно. Затем приблизительно в двадцать тридцать пять по костру с лыцкой стороны произвели предупредительный выстрел из снайперской винтовки.

После чего имел место сам факт перехода...

— Внешность нарушителя... — процедил Президент, искоса взглянув на кислую физию одного из генеральских страшков.

— Фигура плотная, коренастая, — по-прежнему не меняясь в лице, деловито принялся перечислять приметы генерал Лютый. — Одет в рясу. Борода широкая, окладистая. Волосы длинные, собраны на затылке хвостом. В руках держал какого-то зверька с пушистой шерстью.

.. С лыцкой стороны был открыт пулемётный огонь. После второй очереди ствол заплавило... Со стороны Баклужино подняли по тревоге заставу. Нарушителя обнаружить не удалось... пока...

— А что за зверёк? — перебил Президент.

Генерал помедлил. Страшки смутились.

— Трудно сказать... Таможенники утверждают: домовой... Причём дымчатый, лыцкий...

— Домовой? — не поверил своим ушам Глеб Портнягин. — Как домовой? Почему домовой? В рясе — и с домовым на руках?

Ответа не последовало.

— Думаешь, кто-то из наших, из баклужинских, вертался? — с сильным сомнением осведомился Президент сквозь зубы. — Ну-ка, давай прикинем... Водоходцев у нас в Лиге — четверо. Я границу не переходил. То есть, остаются трое... — Глеб Портнягин впился глазами в Лютого. Генерал молчал. Оба страшка со страдальческими гримасами разминали виски.

— Ну, не молчи, не молчи... Что предлагаешь?

Лютый вздохнул.

— Что тут предлагать, Глеб Кондратьич?.. Проверить всех троих.