Алая аура протопарторга

Генерал Лютый сидел чуть ли не по стойке «смирно». Страшков его нигде видно не было. Надо полагать, удрали в ужасе сквозь закрытую дверь. А может, и вовсе распались.

— Значит, так... — тяжело дыша, проговорил Президент. — Ищи Африкана. Василий меня, сам понимаешь, не интересует. И вот тебе ещё одна наводка: чудотворная икона в нашем краеведческом...

Генерал позволил себе слегка сдвинуть брови.

— Предположительно: новая попытка похищения?

— Не знаю! — глухо отозвался Президент. На его высоком выпуклом лбу проступала испарина.

— Но икона почуяла, что Африкан собирается перейти границу. Ещё днём почуяла, учти! На Василия она бы так не реагировала...

— А чем нам конкретно может сейчас навредить Африкан? — прямо спросил генерал.

Президент через силу усмехнулся.

— Если Африкан — здесь, — тихо и внятно выговорил он, глядя Лютому в глаза, — это конец всему... В том числе и нашему вступлению в НАТО... Короче, иди работай.

Генерал Лютый молча встал и направился к двери, потирая с болезненной гримаской старый шрам на запястье — явно, след от собачьих челюстей.

Внезапно трубка одного из телефонов на столе Президента подпрыгнула и, перекувыркнувшись, вновь возлегла на корпус аппарата, причём неправильно. Уже взявшийся за сияющую медную ручку, генерал обернулся на звук.

— Ничего-ничего... — сдавленно успокоил его Глеб Портнягин. — Это я так, случайно...

Дождавшись, когда дверь за генералом закроется, он грозно сдвинул брови и заглянул под стол.

— Ох, дуну сейчас на тебя... — пригрозил он в сердцах. — Вот попробуй только ещё раз так сделай!

Этого крупного рукастого барабашку Президент совершенно случайно обнаружил в подвале здания МВД Республики, где тот опасно развлекался, бренча браслетами, пугая сотрудников и прикидываясь их давними жертвами.

Создание привлекло Глеба редкой даже среди барабашек красотой, и он забрал его к себе в кабинет. Как и всякая одичавшая энергетика, тварь приручалась с трудом и всё время норовила нашкодить.

Глава 4. НИКОЛАЙ ВЫВЕРЗНЕВ, тридцать лет, подполковник

— М-милая.

.. — с бесконечным терпением промычал Николай Выверзнев в телефонную трубку. — Это не главное... Главное, что я тебя люблю... И, может быть, женюсь... Но не сейчас... Со временем... Сейчас я занят...

Наушник взволнованно защебетал, но Николай уже дал отбой. За окном кабинета чёрной глухой стеной стоял первый час ночи по Баклужинскому времени. Подполковник Выверзнев отсоединил рассекреченный телефон и, повернувшись к компьютеру, вновь озадаченно сдвинул брови.