Лучшие из лучших

Джеку было стыдно. Не хотелось бередить раны прошлого ни в чем не повинного человека, но иного выбора они не имели.

. – Не забуду никогда. – Наконец, глухо отозвалась женщина. – Но это произошло давно. К чему ворошить прошлое?

Ковенант и Эвелин переглянулись.

– Представляю, насколько тяжелы воспоминания, но мы бы не обратились к вам, если не считали, что это поможет. – Мягко, но настойчиво произнес Ашер. – Пожалуйста.

Миссис Кауфман тяжело вздохнула. За окном требовательно каркнул ворон.

– Ну хорошо, ребятки, что именно вас интересует?

– Все, что вспомните.

– Бреннан потерла переносицу. – Когда и как начался пожар, где в это время находились вы и остальные.

Старушка задумалась, потеребила ворот домашней блузы.

Мистик не спешил брать инициативу в свои руки. Эвелин свое дело знала: вела себя корректно, вопросы задавала конкретные.

– Можете не верить, но я помню все, словно это произошло вчера. – Медленно заскрипела миссис Кауфман, отстраненно взирая на экран телефона. Сознание ее перенеслось в далекое прошлое.

– Страх, паника, не ясно, что делать, куда бежать. Истошные вопли со всех сторон. Кашель и дым. Жар как в печи, огонь во тьме… огонь везде.

Представив, что довелось пережить бедной женщине, Джек содрогнулся, потер внезапно заболевшую грудь. Он знал, что такое беспросветный ужас и беспредельное отчаяние.

– Я лежала в лазарете, не в спальном блоке. – После непродолжительной паузы продолжила старушка. – В ту пору по городу ходил сильный грипп, половина жителей слегла. Нас лечилось четверо.

Там еще два грудничка были, нянечка и врач.

Внимая рассказу миссис Кауфман, Ашер вдруг понял, что не слышит ни звука из коридора. Ни шагов или голосов пациентов и персонала, ни переговоров дежурных по громкой связи, ни металлического лязга медицинских тележек и каталок. Будто сама больница, затаив дыхание, вспоминала события той жуткой ночи.

– Пожар после полуночи начался. Меня разбудила нянечка. – Гаджет в руках женщины сильно дрожал: старушка с трудом сдерживала переполнявшие ее эмоции.

– Выбирались долго, держались друг за друга. У меня синяк на запястье еще неделю не сходил. Огонь и дым распространялись быстро, но нас, слава Создателю, только чуть задело, успели вовремя. Хоть и этого хватило – всех потом в госпиталь положили. А пошло все со спального блока. У них там шансов не было. Хотя, как мы выбрались, увидели уборщицу. Она на кухне оставалась, даже спать не ложилась – это и спасло. Потом еще один воспитанник выполз. Едва живой, еле откачали.