Сам себе клан

Кулак наткнулся на что-то очень твердое, явно не человеческую плоть, но ярости Ломтева это никак не препятствовало. Он ударил еще раз и еще, разбивая костяшки пальцев в кровь, и с каждым ударом ему казалось, что его кулак становится все тяжелее, и в какой-то момент он стал совсем тяжелым, и очередной удар уже не встретил сопротивления, а точнее, напрочь его подавил, и кулак проломил что-то твердое, погрузившись во что-то мягкое и теплое, и убийца захрипел и обмяк, ослабляя хватку, но для того, чтобы скинуть подушку с лица и нормально вдохнуть, Ломтеву все равно потребовалось какое-то время.

И еще какое-то время он просто дышал, а несостоявшийся убийца все еще лежал на его теле, продолжая истекать чем-то теплым.

Ломтев принялся ворочаться и таки сбросил его с себя, а потом левой рукой дотянулся до цепочки бра и включил свет.

На полу его спальни лежал мертвый оперативник СИБ, в его бронежилете и плоти, которую этот бронежилет закрывал, была проделана дыра, в которую мог бы пролезть кулак.

Собственно говоря, он в нее и пролез.

Ломтев посмотрел на свою правую руку, она по локоть была обагрена чужой кровью. Да и простыни с одеялами тоже придется менять. Похоже, сегодня спокойно поспать у него уже не получится.

Ломтев моргнул и обнаружил полупрозрачный силуэт старого князя, стоявшего над трупом и внимательно его рассматривающего.

- Да, демон, заварил ты кашу, - сказал он. - Как расхлебывать-то собираешся?

- Я решаю проблемы по мере их поступления, - сказал Ломтев.

- Ну-ну, - сказал старый князь, покачивая головой. - Вижу. В какой-то степени даже одобряю такой подход. Бронежилеты СИБ голыми руками рвать даже мне, даже в молодые годы не удавалось.

- Не знаю, как так вышло, - признался Ломтев. - А что это было вообще?

- Так я тоже не знаю, - сказал старый князь. - Я, признаться честно, задремал, и проснулся только к концу вашей схватки.

- Я думал, призракам необязательно спать, - сказал Ломтев.

- Быть призраком совсем не так забавно, как мне вначале показалось, - признался старый князь. - Ход дней чувствуется не так, как при жизни. Минуты могут тянуться, а дни - проскальзывать перед глазами. Большую часть времени мне просто скучно. Ты ведь, с тех пор, как взбесил моего сыночка, ничего интересного не делаешь.

- Ну, прости, - сказал Ломтев. - Я обещаю, что буду работать над собой. Кстати, о твоем сыночке.