Хроники Илиона. Книга первая: Бремя меча. Часть первая.

Смотрел то на меня, то в развернутый к нему монитор. Я молчал тоже. Пытался прикинуть, как смог он узнать все, вплоть до моего настоящего имени, но ничего дельного в голову не приходило. О каком это тяжелом труде он заикнулся? По местному летоисчислению Орден прекратил свое существование много веков назад; сгинули все его адепты, унеся в могилы все тайны и знания. Может, предпринять попытку проникнуть в его сознание? Но — нет, сейчас нужно действовать осторожно. Мало ли, какой приказ он отдал на случай, если дела пойдут не по его задумке?!

— Хорошо.

Иди отсюда. На все четыре стороны. — Он произнес эти слова четко, с расстановкой. Впервые за два дня нашего знакомства я не чувствовал фальши в его словах. — Твоя девка ждет тебя в холле. Но, прежде чем уйти, посмотри сюда.

Он развернул ко мне экран компьютера. На нем проигрывалось видео — кажется, оперативная съемка с персональной камеры бойца. Штурм или захват какого-то дома. Группа проникла внутрь, затем видео неожиданно прекратилось. Но сам ролик продолжался за счет съемки наружной камеры.

Она запечатлела взрыв дома, похоже, со всеми, кто там находился. Печальная картина.

— Одиннадцать. — Ответил он на мой невысказанный вопрос. — Семь солдат и семья из четырех человек. Пригород Киева, четыре дня назад. Хозяин дома — крупный ученый в области микробиологии и вирусологии. Разрабатывал вакцину от ВИЧ. Что-то, видно, получилось. Но кому-то, видимо, не понравилось. Эксперты обнаружили его останки… жены и двух сыновей. Все были связаны.

А самое интересное — к груди этого ученого был примотан скотчем диск, похоже, из находившегося неподалеку компьютера. До сих пор гадаем — зачем?

— К чему ты мне это показал? Чтобы взять на жалость? Типа, последняя попытка? Думаешь, я не видел смертей? Люди мрут, как мухи, каждую минуту. Ты не можешь спасти всех до единого. И я тоже. Так что…

— Нет, просто хотел посмотреть на реакцию человека, прожившего столько веков, обладающего уникальной силой, и не желающего поделится ее благом с другими! Как думаешь, если бы тот ученый со своим винтом уцелели, скольких бы он спас от смерти своей вакциной? Миллион? Миллиард? А может, это был новый Ноев ковчег? Впрочем, ладно… Пшел вон отсюда! В этом кресле сидели и лучшие люди.

С повисшей на руке, сияющей от радости Настей, мы вышли на улицу. Потом просто шли бесцельно, как всегда больше молчали, чем говорили. А я думал. И на душе становилось, почему-то, гадко от своих же слов, брошенных в пылу горячки.