Мартынов. Неделя Стюарда.

Предупредительный валет или, по-другому, лакей, подбежал к тонированной задней двери нашего «Руссо-Балта» и распахнул её, чтобы мы могли выйти. Поскольку мы сидели спереди, нас там, естественно, не оказалось. Пока малый соображал, что делать, мы со смехом самостоятельно вышли из машины.

– Приветствуем вас, хорошего вам вечера! – валет заученно улыбнулся, поймав брошенные мной ключи от машины.

Я обошёл автомобиль и приблизился к Елизавете. Она взяла меня под руку и довольно крепко прижалась ко мне.

Метрдотель, одетый в визитку и полосатые брюки, расплылся в счастливой улыбке, будто не стюард-пустышка пожаловал, а бабушка с гостинцами, и, семеня рядом, что-то говорил про столик.

Когда мы с Елизаветой Георгиевной проходили через зал, я поймал на себе взгляды нескольких дам. Это меня приятно удивило, и я снова почувствовал прилив сил. Я пропустил Елизавету вперёд, что дало мне возможность полюбоваться её видом сзади. Этому способствовало и её обтягивающее платье, и та часть её тела, которая под платьем находилась.

– Так что же, – вернулась к разговору она, – этот человек пытал тебя, а твой отец и сам князь, и кто там ещё был, просто смотрели?

– Да, – сказал я, – всё именно так и было. Этот человек под личной защитой Его Императорского Величества, так сказал мой дед. А ещё он сказал, что многие князья не прочь выторговать у Его Величества право на расправу с этим господином, в том числе и мой дед.

– Понятно, – протянула Елизавета, – а если бы он пытал меня?

– Тогда ему негде было бы спрятаться от моего гнева, – ответил я. А что я ещё мог сказать? – На самом деле, я сразу спросил деда об этом, и он ответил, что ты изначально была вне подозрения, потому что никак не могла вызвать яровой шторм у нашего невезучего знакомого.

– Ага, ну, в общем, да, он ушёл, и отец сказал, что всё нормально. Конечно, я не рассказала, как всё было на самом деле, – подняла брови Елизавета, – Папа сначала даже пытался кричать на меня, но за меня вступилась мама, и мы дали ему отпор.

– А мама ничего не пыталась выведать? – спросил я, – разыграли, небось тебя по схеме «хороший полицейский-плохой полицейский»? Один сначала пугает, а второй лаской выведывает всё, что нужно.

– Ха-ха, – развеселилась фрейлина Аматуни, – такая схема срабатывала у них последний раз лет пять назад.