Мартынов. Неделя Стюарда.

Я обещал сообщить ей о результатах дуэли, если таковая вообще произойдёт. И дуэль, как известно, произошла.

– Алоу, – лениво произнёс её голосок после того, как я прослушал добрых гудков двадцать.

– Анастасия Владимировна, добрый день, – начал я, – звоню вам, как и обещал.

– Насчёт чего? – по-прежнему лениво спросила она. Понятное дело, звонит какой-то скучный пустышка Матвей Мартынов, о существовании которого она и думать забыла, да и вообще лучше бы не знала, и говорит что-то о каких-то обещаниях.

«Да прощаю я вам ваши обещания, всё равно уже не помню, о чём мы говорили, только оставьте меня в покое» – должно быть, думала она.

– Я дал вам слово сообщить о результатах дуэли, если она произойдёт, – сказал я так же лениво, как и она.

– Что там, что там? – сразу заинтересовалась Анастасия Владимировна. Голос снова стал «одухотворённым» и «возвышенным». Графиня неосознанно вошла в режим духовно богатой влюблённой девушки, – Валери цел?

– Валерий цел, его противник – нет, – ответил я, – о подробностях, к сожалению, говорить по телефону не могу.

Это действительно было так, не стоило трепаться по телефону о таких вещах, стоя посреди ярмарочного центра. И я действительно сожалел, ведь это означало ещё один визит Анастасии Владимировны ко мне домой.

– Я сейчас же к вам приеду! – воскликнула она.

И куда только подевался её ленивый расслабленный тон?

– Я сейчас не дома, Анастасия Владимировна, и буду дома не скоро, – внутренне ликуя, ответил я. – Мне нужно идти, графиня, я только что был на допросе, прощайте.

Не дожидаясь её ответа, я сбросил вызов. Пусть теперь немного поволнуется. В следующий раз, возможно, будет нормально отвечать на звонок, который сама же, фактически, и выпросила.

Сразу раздался новый звонок. Кому же я понадобился теперь?

Глава 16

– Матвей, – услышал я голос Елизаветы Аматуни, скользнув пальцем по экрану «ладошки», чтобы принять вызов, – ты в порядке?

– Привет, Лиза, – ответил я, – о чём это ты говоришь?

– Не смей делать из меня дуру, Матвей! – почти крикнула она.

– Прости меня, Лиза, – сказал я, – если весь город знает, что произошло, то ты знаешь, что я был секундантом и мне, соответственно, ничего не угрожало.

– Я всё равно испугалась, – сказала Елизавета Георгиевна, – я скучаю по тебе, хочу тебя увидеть!

Я прислушался к своему резервуару Яра. Пусто.

– Нет, Лиза, не хочешь. Я – пустышка, – ответил я.