Книга первая. Злобный заморыш

– Так точно, капитан! – нервно рявкнул рулевой.

Судно начало резко поворачивать, дав крен, а Захар Лоон Диртхавен, занырнув назад к себе, начал суетливо бегать по помещению, размышляя. Я сидел, потирая копчик и строя планы мести. Спустя пару минут контрабандист вновь высунулся, отдав приказ схватить Арктура и «леди Хильду», взять их под стражу, но вреда не чинить. И снова забегал, теперь уже под приглушенные крики матросов и странные мелодичные трели, издаваемые корпусом судна.

– Ничего не хочешь мне объяснить? – поинтересовался я, вставая и массируя околоседалищное пространство.

За вежливую просьбу был удостоен лишь косого взгляда, маха рукой и приказа отправиться на корму «к остальным».

Это слегка переполнило чашу моего терпения.

– Ничего не хочешь мне объяснить? – вежливо и с улыбкой повторил я, целясь Захару в пах из поднятого с пола револьвера. Курок как по заказу отщелкнулся вкусно и звучно, жизнеутверждающе сообщив, что дистанционный механизм по лишению производительной функции наглых эльфов встал на боевой взвод.

– Слушай, не до тебя сейчас… – досадливо поморщился капитан, заставляя меня всадить пулю в висящую на стене саблю. Широкий клинок не выдержал такого нападения, переломившись пополам.

– Я выпотрошил троих наемников старрхом, Захар, – криво улыбаясь поведал я, вновь взводя курок, – Они мне ничего не сделали. А ты меня прямо сейчас хотел грохнуть не за чих собачий. Уронил. Теперь вот не уважаешь. Обидно очень мне, Захар. Понимаешь?

Срывающее крышу бешенство – иначе и не назовешь.

Сначала суют в этот мир, потом предлагают самостоятельно самоубиться путем залезания в какую-то банку, потом полгода заставляют скакать обезьянкой в болотах, дают задания под страхом смерти, обманывают, а затем обращаются как с плюшевой игрушкой! Так до конца и не поняв, чем вызвана моя злоба, я решил, что терпеть хватит. Натерпелся.

В дверь ломанулась пара матросов, но они были остановлены окриком капитана, не сводящего с меня глаз.

Секунда.

Две.

Три.

Захар приказывает подчиненным выйти, утверждая, что всё в порядке, а затем примирительно поднимает руки, улыбаясь. Только я чувствую «эмпатией» иное – страх и неуверенность. До этого момента в отношении меня у морского жулика никаких особых эмоций не мелькало.

– А я думал, что ты, как и большинство ваших поначалу, размазня, – покрутил головой эльф, вытаскивая из шкафа бутылку с чем-то алкогольным, а затем делая несколько крупных глотков.