Чистильщик

- Это для тебя, а я встал ни свет, ни заря, - ответил Вик, запирая кабинет на ключ.

Спорить смысла не имело.

- Тогда заедем за Ритой.

- Заедем? Тебе вернули экипаж?

- Сегодня утром, - кивнул Тома и продолжил:

- Я обещал Рите, что сообщу о себе, но так до нее и не добрался. Заедем за ней, а потом в ресторан пообедать.

- Ладно, - быстро согласился Вик, - часть про ресторан мне очень нравится, но предупреждаю: при ней я буду нести чушь!

Вик исполнил свое обещание. Стоило ему оказаться на расстоянии вытянутой руки от Риты, как он, расплывшись в улыбке, разлился соловьем про прекрасный цвет лица, тонкие пальчики и белые плечи.

Тома и Рита едва успели перекинуться двумя словами. Впрочем, Рите, похоже, нравилось такое внимание. Она цвела майской яблонькой. А потом, почти без паузы, Вик стал подробно пересказывать их приключения, начиная с посещения Лачуги. Тома не пытался остановить его, смирившись с судьбой, и со стороны наблюдая за воздействием чар эйну на приятеля. Вик рассказывал хорошо, интересно рассказывал, иногда добавляя от себя сочные подробности. Причины, почему он собирал толпу студентов вокруг себя стали очевидны. Несмотря на дар рассказчика, сама история никак не складывалась. Причем тут Эван? Хочет ли Фист уничтожить темные артефакты или использовать их?

- Как интересно! – сказала Рита. – Кто бы мог подумать, что расследование свернет в эту сторону! Огрызки и темные артефакты!

- Огрызки, огрызки… Вы повторяете это с какой-то особенной интонацией, - сказал Тома.

– Что в них такого? Разве это не то же самое, что и слабая магия? Помню, мы так в детстве дразнили некоторых ребят…

Вик театрально закатил глаза и пробормотал что-то насчет того, что рождение в богатом доме не гарантирует, что человек растет приличный.

- Поверь, нет, - ответила Рита. - Магия может отсутствовать, как у Таниты, но она все равно не огрызок. Огрызки вроде уродов.

- Ты хочешь сказать, что они такими рождаются?

- Нет, не рождаются. Они такими становятся. Иногда в огрызков превращаются совсем молодые люди, а иногда прожившие жизнь.

Никто не застрахован.

- Ты много знаешь об огрызках, и это наводит на мысли, что знаешь не понаслышке, – заметил Тома.

Рита кивнула.

- Со мной в школе училась девочка. В четырнадцать все уже знали, что она огрызок. Вначале она у нее много получалось, но потом вдруг ее силы стали убывать, будто вода в дырявом ведре. К окончанию школы она могла говорить только о том, какие великие у нее были предки.