Лунный ребенок

Кейру вдруг почудилось, что над его головой в голых ветвях растущего прямо из пола огромного каменного дерева с опаловым стволом закопошились какие-то тусклые, почти неразличимые чернильные тени — закопошились с едва слышными, но разносимыми повсюду звонким эхом хрустом и шорохами. Усилием воли стараясь сдержать очередной волной пробегающий по спине озноб, он задрал голову вверх и успел заметить, как одна из этих теней вдруг сорвалась с высоты, стремительно мелькнула в воздухе, обдав резким запахом будто бы дыма, как от горящей спички, на миг ажурной змейкой обвилась вокруг шеи Сегуна, так же плавно соскользнула вниз по его рукаву и исчезла в глубокой широкой трещине между камнями.

Правитель проводил её взглядом и чуть улыбнулся Кейру тонкими бледными губами:

— Отныне вы наша кровь и наши ученики, молодые тули-па, — его второе лицо-маска, наплывающее на первое, обнажило короткие острые клыки. — Вам дарована великая сила и право распоряжаться ей, чтобы вместе с нами стать хозяевами этого мира.

— Сп-пасибо, — еле слышно пробормотал переминающийся с ноги на ногу по правую руку от Кейра Тим.

— Ты чем-то смущён, малыш Аспид? — мягко спросила его Правительница.

— Меня... не оставляет ощущение, что я во сне, — ответил тот, не поднимая глаз.

— Меня тоже, — неуверенно фыркнул Кейр, отчаянно силясь избавиться от навалившегося на него тягостного оцепенения. — Во сне или в мультике.

Донья Милис окинула их долгим задумчивым взглядом и неожиданно рассмеялась, поворачиваясь к Сегуну:

— Вот видишь, кобэсими, к чему приводит избыток торжественных речей? Мальчики только-только впервые приняли зверя, дай же им немного опомниться.

Я всё понимаю, — негромко продолжила она, обращаясь к ним обоим. — Нелегко обретать подлинное видение, и вам ещё немало предстоит узнать. Но у вас всё получится, я обещаю.

— А сегодня им предстоит сделать ещё кое-что... — Сегун поднял взгляд на неровную, покрытую извилистыми трещинами скальную стену со множеством ниш, тянущуюся высоко вверх и усыпанную искрящимися прозрачными кристаллами.

К одной из этих ниш, освещённой тревожно мерцающим розоватым светом, вела широкая изогнутая лестница с выщербленными ступенями, по которой тонкими струйками стекал вниз густой бело-фиолетовый туман. Донья Милис вытянула в сторону тонкую изящную руку; пара туманных нитей дымом поднялась в воздух и поползла по её ладони, словно втягиваясь в кончики пальцев, и Правительница согласно наклонила голову:

— Да... он ждёт.