Трудоголик

Мои ключица и ноги тут же перестали болеть, а некоторые другие места пришли в интересное состояние.

Собственно, в подобных ситуациях рекомендуется расслабиться и получать удовольствие. Во-первых, в какой-то момент я просто убедил себя, что это просто работа. В конце концов, партнер воспринимался в первую очередь как начальница, а уже во вторую — как женщина. А во-вторых, черт возьми, мне действительно было приятно!

Все закончилось не то стремительно быстро, не то мучительно долго. Тизири спрыгнула, оделась, все еще продолжая казаться мультяшной девочкой, а затем сказала:

— Так.

Вроде бы в этот раз получилось. Спасибо.

— Что получилось? — я отполз в сторонку и приводил себя в порядок.

— Зачатие, разумеется. Потом сообщу по результату.

— То есть ты мало того, что меня склонила к соитию, так еще и принудила к отцовству. Отлично!

Я заметил на ее лице, которое постепенно становилось настоящим лицом сорокалетней тетки, искреннее удивление.

— В смысле — принудила? Как будто это что-то плохое.

Как будто я первая у тебя!

— Ну, не первая, но ребенок-то будет первым!

— Что?! Реально? — теперь она даже немного испугалась. — Я не подумала. У тебя уникальный генотип, у вас там во Дворце на Агао совсем идиоты, что ли, были?

— Ну, мужиков избыток, — повторил я свою легенду. — Да и девушки не особо разборчивые.

— Хорошо. Я полагаю, по этому случаю тебе требуется выплатить премию. Сейчас я сброшу пароль вот на этом хранилище...

Она выудила один из кристаллов, покрутила в руке и протянула.

— Установи пароль. Там полмиллиона маго-тонн. А после — повторим. Для закрепления. Должна сказать, что мне всё понравилось.

Она толкнула меня бедром. Видимо, предполагалось, что игриво, но получилось, скорее, неуклюже. Я отодвинулся еще подальше.

— Зашибись, то есть я для тебя — просто альфонс-подчиненный? Ходячий породистый оплодотворитель?

На ее лице снова появилась привычная жесткость.

— Я не знаю, что такое «альфонс». Данный аккумулятор я заряжала несколько месяцев.

Это немалое вознаграждение. Тебе стоит задуматься о субординации. Мне хоть и пятьдесят четыре, я хоть и поздняя, но я третьего поколения. А не семнадцатого.

— Знаешь что, — я положил кошелек обратно в ее ладонь, поднялся и пошел к двери. — Иди-ка ты в жопу. Начальница.

— Хорошо, — холодно ответила она. — Я запомню. Не забывай, через три часа — встреча в Межсоюзнической. Не опаздывай.

Я вышел за дверь.