Тени. Охотники на ведьм

Инга сжала челюсти так, что проступили желваки.

Одно ее слово, и проклятье завершит цикл.

Стас понял, что уже летит с тупым криком «Нет», на ходу поднимая пистолет.

Все тело пронзило болью, и Стас рухнул на лед. В уши ударил монотонный звон, заглушающий все вокруг, перед глазами вспыхнули красные пятна, дыхание свело. Он хотел посмотреть, что ему оторвало, но не смог пошевелиться. Боль усилилась за мгновение, разрезала каждую клеточку тела, и Стаса из него будто бы выбросило.

— Что?! Что… как? — сквозь звон он услышал Ингу.

Стас знал, что это.

«Какая глупая ошибка…»

Картинку перед глазами, которыми он не мог пошевелить, размыло, и по щеке потекла слеза.

— Ловушка, — сказала Светлана, — Советую сделать такую и носить с собой.

Осунувшееся и больное лицо Светланы появилось на фоне серовато-белого затянутого неба. Обмотанную кровавой тряпкой руку она прижимала к груди.

Инга поднялась и подошла к Стасу. Он услышал, как она встала прямо рядом с его ухом.

— Он жив?

— Парализован.

Стас постарался пошевелиться, но не смог, только боль вспыхнула с новой силой.

— Это тот урод, что пытал меня!

— Это охотник. И не простой. Он не гоняется за простыми привидениями. Да, Станислав? Он обучен выслеживать и убивать таких, как мы, — ведьма посмотрела на него сверху вниз, ухмыльнулась и спросила Ингу. — Хочешь ударить его?

Инга потопталась секунду и резко пнула в лицо. От удара голову развернуло на бок. Андрей лежал в двух метрах, смотрел прямо на Стаса и беззвучно открывал рот, как выброшенная на берег рыба.

Из губы потекла кровь. В ушах звенело, и все вокруг, даже боль, стало очень далеким.

Где-то фоном захныкала Инга.

— Да что такое?!

— Нога! Ушибла! Даже пнуть нормально не могу!

— Пришло время распрощаться со слабостью. Прими силу! Почувствуй ее! Теперь твой муж целиком в твоей власти!

Инга вернулась к Андрею. Один шаг отделял Ингу от точки невозврата, и он же отделял жизнь мужа от смерти. Стас попытался издать хоть что-то, промычать, но не смог.

— Я… я… — глаза Инги заблестели от слез, а бледная кожа покрылась пунцовыми пятнами.

Реальность резала и колола сознание: «Все кончено. Ты проиграл, только вступив на поле». Он умирал, а его враг торжествовал. Стас не мог сфокусироваться, но все равно видел, как морда демона растягивается в улыбке от предвкушения долгожданной свободы.