Двигатель прогресса

– Эти люди готовы отдать свои жизни ради будущности России, ради будущих п-п-поколений… Ради свободы воли, ради красоты и любви, и любви!

- Значит… - Семён говорил медленно, подбирая слова. – Значит, вы порешили… как бы это… порешили ради свободы, красоты и любви убить царя?

По комнате пронёсся коллективный вздох – не то вздох удивления, не то негодования.

- Мы… Мы не говорим здесь так, - занервничал Степан Трофимович, ломая руки и глядя в сторону. – Это не те слова, не те… Мы делаем тёмное дело ради нашего светлого будущего, нашего будущего… Тяжёлые дела, которые можем и должны сделать.

На которые в-в-вы, в том числе, нас вдохновляете.

- Я?

- Вы. Своим бунтом, своей решимостью. Своей любовью к родине и непримиримостью, непримиримостью, н-н-непримиримостью, не-при-ми-ри-мость-ю…

Степан Трофимович вдруг изменился в лице, с видимым усилием закрыл рот, а потом накрыл его руками. В его глазах мелькнул ужас, он отвернулся и ушёл в угол.

Семён и с постели слышал, как Степан Трофимович раз за разом повторяет слово «непримиримостью». Но тут из толпы к нему шагнула тонкая девушка, такая же бледная, с высоким лбом и большими, навыкате, глазами. Она положила руки ему на плечи и что-то тихо сказала.

- Спасибо, Наташа, - ответил ей через минуту Степан Трофимович, поворачиваясь к Семёну и толпе. – Не обращайте внимания, друзья. Это… бывает. Однако пора кончать… Послезавтра вам, Семён Александрович, нужно быть в Москве.

Мы достанем вам билеты на поезд. Прибудете в Москву вовремя, сможете и Его застать…

Семён хотел было что-то возразить, но передумал. В конце-то концов, подумал он, разве это не прекрасный шанс попасть в Москву? И тут же ответил себе – нет, не прекрасный. Но всё же шанс.

- А как же они с такой головой в Москву поедут? – спросила женщина из толпы.

- Может, пилюль ему дать? – спросил какой-то парень, с надеждой посмотрев на доктора.

Но тот лишь покачал головой:

- Увы! В больницу, только в больницу. Иначе нельзя.

- А что, если мы… Если мы попросим о помощи у Мануйлихи? – робко спросил кто-то.

В помещении повисла тишина. Слышно было, как в комнатах наверху кто-то кашляет.

- Кто эта Мануйлиха? – спросил непонимающе Семён.

- Ведьма, - ответил доктор.

- Ведьма? – Семён охнул.