Игрушка для кардинала

— И отец тебя тоже любит очень сильно, я знаю, что даже сейчас он присматривает за тобой с небес…

Он шел по коридору сам не свой, пальцы все еще были влажными от слез матери, подошва ботинок по обыкновению скользила по кафелю. Он поскользнулся, взмахнул руками и упал.

И тут он увидел руку,  протянутую к нему. Девочка с большими голубыми глазами и рыжими волосами смотрела на него и улыбалась. — Я хочу дружить с тобой, Калеб Стоун, — сказало Нечто.

***

 — Шутишь? — переспросил Калеб.

— Нет, — Нейрис мотнула головой в очередной раз.

— Ладно, — он сдался. Закрыл глаза и согнулся в коленях, чтобы она смогла завязать черную повязку у него на глазах.

— Давай, повторим, — магичка устало выдохнула. — Ты будешь молчать, говорить буду я.

Калеб кивнул.

Внутри он наверняка недоумевал, почему позволил ей командовать, но выхода у них особого не было. Конечно, у Нейрис ушло не десять минут, чтобы объяснить восьмому кардиналу, что от магов Коллегии толка не будет, ни один из них неспособен на то, что им требовалось.

Призвать призрака — никто из современных магов неспособен на такое, это удел старой магии, которая управляла стихиями, возвращала мертвецов к жизни и повелевала временем. Современные магии только что и знали, как накладывать знаки и создавать многочисленные амулеты.

— Твой эксперт, кто он?

— Послушай, я же говорила, тебе ни к чему это, мы просто попросим его сделать свое дело, а потом уйдем и ты больше никогда не вспомнишь об этом.

— Боишься, что я приду и арестую его?

— Давай, садись уже в машину.

На самом деле Нейрис боялась не этого.

Она открыла для него дверь, а также помогла усесться так, чтобы он не ударился головой, а затем обошла машину и села на соседнее кресло за руль. Права у Нейрис имелись, она получила их еще в семнадцать, но с тех самых пор машиной пользовалась нечасто, поэтому, когда та дернулась и заглохла, магичка не удивилась. Калеб лишь поджал нижнюю губу, но ничего не сказал.

Вторая попытка оказалась успешной, машина плавно покатилась по узкой улице, вывернув из проулка между домами. Каждый раз, когда Нейрис удавалось вписаться в поворот и вовремя нажимать на педаль тормоза, она выдыхала. Хорошо, что Стоун сидел с завязанными глазами и не видел ее чересчур сосредоточенное лицо, с лихорадочно блестящими глазами, в попытке следить за дорожным движением, а еще то, как напряжена спина, и как на лбу выступила испарина.